Двадцать экзаменов за три месяца?

— Вон, у меня даже бумажечка есть, — сказал отец. Отложив вилку, полез во внутренний карман и вытащил сложенный вчетверо листок. Вытянул руку, (ого, а у отца-то уже дальнозоркость!), но матушка остановила:

— Подожди, сейчас очки принесут, — повернувшись влево, где в буфетной замерла прислуга, скомандовала. — Лидочка, принеси очки для Александра Ивановича. Он их либо в библиотеке оставил, либо в спальне.

Из буфетной донеслось шевеление и, неизвестная мне Лидочка отправилась искать очки.

Но отсутствовала она долго, поэтому, Чернавский-старший, не дождавшись, начал-таки читать:

— Богословие, всеобщая история, государственное право, гражданское право, гражданское судопроизводство, история важнейших иностранных законодательств древних и новых, история римского права, история русского законодательства…

Чтение длилось долго, у меня уже и уши завяли — сколько всего сдавать-то придется? Очки, за это время, так и не были найдены. Но вот, наконец-таки явилась Лидочка. Как я понимаю — новая горничная.

Симпатичная девушка лет восемнадцати-девятнадцати, в черном платье, в кружевном фартучке и наколке.

— Лида, тебя за смертью посылать, — строго сказала матушка.

— Ольга Николаевна, — с грустью сообщила служанка, — прощения прошу — не отыскала. Я и в библиотеке искала, и в спальне. Даже в прихожую спускалась. Может, они в кабинете? Но кабинет на ключ заперт.

— Ступай, — поморщилась матушка. С грустью сказала. — Мои-то горничные уже не справляются, пришлось молодую девочку брать. Но бестолковая она пока, ничего не знает, ничего не отыщет.

Девушка грустно отправилась на прежнее место, а я невольно проводил ее взглядом. А кто бы не проводил? Хм… Стройненькая. И на личико симпатичная. Показалось мне или нет, что и родители обменялись взглядами?

— Оленька, а ведь очки-то у меня здесь, — радостно сообщил батюшка, хлопая себя по боковому карману.

— Ну вот, а я из-за тебя едва на девчонку не накричала, — хмыкнула матушка.

— А может, Ване пока в отставку подать? — внесла предложение матушка. — Побудет в отставке, поучится в университете. И всего-то четыре года! Потом можно и на службу вернуться.

— Оленька, а ты у меня умница. Действительно, тоже выход, — оживился отец. — Возраст для студента у Ивана еще подходящий, что такое двадцать один год? Вон, вечные студенты и в тридцать лет бывают, а то и старше. Подожди-ка, а зачем в отставку-то подавать? — повернулся вице-губернатор ко мне. — Возьмешь отпуск на год, потом продлишь. Университете закончишь, на службу вернешься, тебе как раз чин коллежского асессора подойдет. Я, в Череповец, на твое место кого-нибудь из канцелярии подберу. С губернским прокурором кандидатуру согласую — и, вперед. Вон, молодежь у нас, про твои подвиги прознав, копытом бьет, в провинцию рвется, за орденами!