— А долго придётся ехать? — уточнила я только тогда, когда мы покинули город и машина бодро катила по уже примятому снегу на дороге.
Несмотря на примятость снега, дорога вовсе не была оживлена. Что там оживлена — на ней не было видно никого, кроме нас. Этакая пустынная трасса, уходящая в никуда, а если мы отъедем чуть подальше, ещё и исходящая из ниоткуда.
— Часа два, — радостно сообщила Оленька. — Если ничего не случится.
В отличие от меня, она ни о чём не переживала, знай вертела головой направо-налево. И что только ожидала увидеть? Я пока ничего интересного не замечала, разве что снег укутал ещё не всё и кое-где из-под него виднелись неопрятные тёмные проплешины.
— А что может случиться? — уточнила я несколько нервно.
— С нами же Коля, — удивилась Оленька. — Значит, не случится ничего.
Машина, словно дождавшись именно этих слов, тут же радостно расчихалась, задёргалась и остановилась. Я оглянулась. Город выглядел уже невнятным серым пятном, пешком до него добираться придётся несколько часов. Разве что кто-то подвезёт…
— Коля, как же так! — искренне возмутилась Оленька. — Ты же собирался нас везти, должен был всё проверить. Не зря папа говорил, что лошади надёжнее.
— Спокойно, всё будет в порядке, — бодро ответил Николай, который уже раскрыл капот и ковырялся в загадочных машинных внутренностях.
— Бензин закончился? — подозрительно уточнила Оленька.
Коля посмотрел так, что будь на её месте кто-нибудь другой, менее устойчивый, точно сразу бы обратился во вторую ипостась и попытался спрятаться, благо размеры хомяков позволяют это сделать без особого труда. Но Оленька либо была уже давно натренирована такими взглядами, либо сама умела смотреть не хуже, она не стушевалась и вполне серьёзно продолжила:
— Или колесо лопнуло?
— Если бы лопнуло колесо, мы бы это почувствовали, — попыталась я её урезонить. — Давай не будем мешать Николаю.
Он благодарно мне кивнул и опять начал возиться с железками. Оленька же на меня уставилась в полнейшем недоумении.
— Разве я мешаю? Я помогаю по мере сил и возможностей.
— Как-то у тебя с ними не сложилось, — пробурчал Николай.
— С кем?
— С силами и возможностями.
Оленька оскорблённо фыркнула, но выпрыгивать из салона и доказывать, что только её мозги и руки способны помочь в починке машины, не стала. Напротив, повернулась ко мне, пихнула в бок и сказала:
— Неплохо бы тебе тоже чем-нибудь помочь.
— Всё, что могу сделать для починки, — это протереть лобовое стекло или колесо попинать.
— Зачем пинать колесо? — удивилась Оленька, и даже Николай отвлёкся от попыток реанимации машины.