Злость на Волкова полностью глаза не застила, поэтому я хоть и выскочила из квартиры, но остановилась за дверью дождаться, пока он выйдет. Конечно, замок — не такая уж преграда для посторонних, как показали недавние события, но от проходящего мимо нечистого на руку господина — вполне себе защита. Внезапно я обнаружила на двери плетения. Точнее, даже не плетения, а только следы от них, почти выветрившиеся со временем. Странно, что я не заметила их раньше. Возможно, не позволял уровень магии? Владимир Викентьевич говорил, что он у меня растёт, чему способствуют постоянные упражнения, пусть даже и на контроль. Плетений было штук десять, часть из них соединялись связками, часть были независимыми. А ведь это, скорее всего, работа какого-то артефакта, отключённого к этому времени. Защитного? Или, напротив, использованного преступниками? Этого я сказать не могла, но постаралась отложить картину в памяти, чтобы дома перерисовать и попытаться разобраться. Конечно, вполне может быть, что для меня это будет как для первоклашки тригонометрические уравнения, но вдруг я смогу понять хоть что-то? Память у меня теперь тренированная, но, если вдруг забуду какой-либо фрагмент, всегда можно подойти сюда и освежить.
— Заметили что-то интересное, Лиза? — спросил Волков, неторопливо выходя из моей квартиры.
— Где?
— На двери. Вы так внимательно на неё смотрите.
— А на что здесь смотреть? На вас? Дверь куда интереснее, — неприветливо бросила я.
Он насмешливо хмыкнул.
— Намекаете, что вам не пришлось по сердцу моё предложение?
— Предложение не прозвучало и, надеюсь, не прозвучит. — Я дважды провернула ключ в замке и подёргала за ручку дверь, чтобы никто потом не мог сказать, что я её не закрыла. — Клан Рысьиных надо мной не властен, что бы там ни думали они или вы.
Я прошла мимо Волкова и стала спускаться. Он пристроился сбоку и невозмутимо сказал:
— Ошибаетесь, Лиза, ещё как властен.
— Княгиня очень хотела получить с меня клятву полного подчинения, но обломалась, увы, — насмешливо бросила я.
— Обломалась? — удивлённо переспросил он.
Опять я выразилась не так, как принято. Ситуацию нужно было исправлять, и срочно.
— Зубы у неё оказались недостаточно крепкими, — пояснила я и скосила глаза, чтобы понять, принял ли Волков моё объяснение, или уже нужно паниковать. — Вот и…
Внезапно оказалось, что, если смотреть вот так, непрямо, Волков светится ровным красноватым светом. От неожиданности я остановилась и повернулась к нему. Свечение исчезло, оставив меня в неопределённости: было ли оно вообще или только почудилось.