— Зато им есть дело до вас, — с явным намёком сказал Волков, который опять шёл рядом, и опять, стоило скосить глаза, я увидела это странное красное свечение, исходящее от моего попутчика. — И будет, пока…

Он замолчал, я повернулась к нему, уже спокойно отметив, что свечение опять пропало, и прямо спросила:

— Пока что? Если вы хотите помочь избавиться от опеки княгини, самое время доказать, что вы мне не враг, господин штабс-капитан.

— С превеликим удовольствием, Лиза. — Он положил мою руку на свой локоть и склонился к самому моему уху. — Более того, наш клан готов оказать вам полную поддержку и всестороннюю помощь в обмен на то, что вам и так не принадлежит.

— Вы сейчас о чём, господин штабс-капитан? — Руку я выдернула и вставила в муфту, которую раньше полагала исключительно декоративным элементом. Так вот, оказывается, для чего она нужна — прятать руки от навязчивых ухажёров. — Боюсь, мне сейчас не принадлежит ровным счётом ничего. Извольте говорить прямо, без экивоков.

Нет, я, конечно, понимала, о чём речь, но хотелось бы услышать подтверждение. Убедиться, что у меня не паранойя, а развивающееся быстрыми темпами предвидение.

От руки Волкова, чуть пошевелившего пальцами, разошлось окутавшее нас плетение против прослушки. Значит, этот тип в артефактах не нуждается, в отличие от Юрия. Более того, похоже, он чувствует, когда тревожат поддерживаемые им плетения, не зря же насторожился у Хомяковых. Но проверять это я не стала, лишь вопросительно посмотрела.

— Всё-то вы понимаете, Лиза, — недовольно сказал Волков. — Хотите прямо? Извольте. Мне нужен артефакт. Цену определяете вы. В пределах разумного, разумеется.

— А разумное — это сколько? — невольно заинтересовалась я.

Не то чтобы я собиралась продавать непонятно что, но узнать, сколько это непонятно что стоит, — почему бы и нет? Может, удастся хоть приблизительно определить ценность того, чем я якобы владею.

— Особняк в Царсколевске. Банковский счёт. Бриллианты. Более того, вы можете рассчитывать занять… весьма высокое положение. — Он выразительно прищурился, намекая непонятно на что.

Всё это было столь же обтекаемо-невнятно, как и его просьба.

— А если я откажусь? — осторожно спросила я.

— То я всё равно получу то, что считаю нужным, — чуть лениво ответил Волков и оскалился в хищной улыбке. — Только вы в этом случае ничего не получите.

Окутывавшая нас сфера чуть бликовала, когда мы проходили рядом с фонарями. Но уверена: лишь для меня, посторонние ничего не замечали. Редкие прохожие не обращали внимания не только на сферу, но и на нас. Я чуть прищурилась: точно, здесь двойное плетение, второе наверняка делает нас незаметными для возможных зрителей. На Волкова я теперь посмотрела с куда большим интересом: наверняка он знает и другие нужные мне плетения. Впрочем, и от этого я не откажусь. Я в который раз с благодарностью вспомнила Шитова, показавшего плетение для лучшего запоминания, незаметно его воспроизвела и постаралась уложить в памяти то, что невольно показывал мне штабс-капитан.