Она затащила тело в каюту, задвинула дверь и поспешила вперед. Если повезет, никто не заметит кровь на мягком пробковом полу, по крайней мере не сразу. На следующем перекрестке она нашла узкую лестницу на нижний уровень. Там обнаружился коридор с низким потолком и большими балками. В точности как на лодке Каллумкала, это был трюм, где хранились припасы.

Ежевика открыла первую же раздвижную дверь и вошла в темное помещение, заставленное керамическими контейнерами, свертками и коробками. Пахло там зерном, сладкой зеленью и землистыми корнями. Запах напомнил Ежевике кладовые в древе-колонии Тумана Индиго, и ее сердце пронзила тоска по дому. Не обращая на это внимания, она пошла на запах сырости в дальнем конце.

В большой керамической цистерне хранился запас воды, а также туда поступала дождевая вода из коллекторов на крыше летающей лодки. В ней имелся люк, чтобы наполнять и опустошать. Трубы от нее вели к отхожим местам и кранам с питьевой водой в каютах. Ежевика знала все это, поскольку помогала наполнять такую же цистерну на лодке Каллумкала.

Она открыла маленькую крышку наверху, позволявшую проверять чистоту воды, и приняла земную форму. К ее облегчению, бурдюк оказался невредимым и полным яда.

Ежевика вытащила пробку и вылила бесцветную жидкость в воду. Ей было жаль только целительницу, однако именно она, скорее всего, и сделала яд, которым Вендоин отравила всех на солнцеходе.

Ежевика понадеялась, что Вендоин и Бемадин умрут в муках.

Когда она закрыла крышку, трубы зашумели – кто-то на корабле воспользовался водой из цистерны. «Вот и все», – подумала Ежевика.

Она свернула пустой бурдюк, спрятала его под кучей мешков и выскользнула обратно в коридор. Прижавшись к двери, она собралась с духом. Теперь нужно освободить Толка. Если путь к нему преграждает слишком много хианцев…

«Что ж, поглядим, сколько урона я успею нанести, прежде чем меня схватят», – подумала Ежевика и начала пробираться по коридору.

После пары коротких экспериментов стало очевидно: насекомым-ящерицам так понравилась паста из жуков, что они последуют за ней куда угодно. К счастью, раксура в любой форме оставили их равнодушными, насекомые как будто не замечали ни Луна, ни Утеса, разве что облетали их в самое последнее мгновение. Существа были длиной всего с полруки Луна, а их рты представляли собой маленькие мохнатые совочки для заглатывания мелких насекомых, но их были сотни, и вместе они могли нанести значительный ущерб крошечными острыми коготками, если бы захотели.

Наблюдая за приготовлениями в наступающей темноте, кетель в земной форме следовал за Луном и Утесом.