Но все равно решимость Стааси похвальна. Срываться с места, ломать налаженный быт для всей семьи нелегко. Детям школы менять придется… Хотя младший у нее, кажется, еще в детском саду.

— Только вот… Вы, госпожа… То есть Даари… Я очень постараюсь, но там сложный экзамен, я уже смотрела программу. Может быть, мне лучше на старшую горничную для начала?

Ого! Уже и программу смотрела? Все-таки Стааси большая умница. Вряд ли она твердо рассчитывала на предложение Даари, но все-таки о перспективах думала и даже примеряла на себя возможные вакансии.

— Отставить пораженческие настроения! — весело сказала Даари. — Все у тебя получится. Жалко твой потенциал на более легкой работе тратить. Так что давай, готовься. Моя помощница пришлет тебе всю информацию.

Следующим был дядюшка Фиттай.

Старик так обрадовался звонку Даари, что, судя по дрожи в голосе, чуть не прослезился.

Его Даари даже не пробовала отговаривать называть ее «сиятельной госпожой»: чувствовалось, что Фиттай считает Даари чуть ли не своей воспитанницей или, по крайней мере, ученицей, гордится ее успехом и находит удовольствие в том, чтобы выказывать ей формальные почести. Тем более, у него это выходило не забавно, как у Стааси, а с достоинством и естественно.

— Видел новости, за эти два года сиятельная госпожа стала еще прекраснее, — говорил он сдержанно, но с сильным чувством, и не оставалось сомнений: он правда так думает. Шрамов либо не заметил, либо не придал им значения.

Даари тут же стало немного стыдно, что она за весь последний год ни разу ему не позвонила. И сейчас бы не вспомнила о Фиттае, если бы Тарик не начал перебирать кандидатуры.

Когда Даари пригласила дядюшку Фиттая в садовники, он, не задумываясь, с достоинством сказал, соблюдая старинные формы вежливости:

— Разумеется, я выполню желание сиятельной госпожи. Мой опыт скромен, а способности невелики, но я приложу их все, чтобы послужить Цивилизации!

Даари поняла, что зря не разузнала сначала, как у старика со здоровьем и вообще с состоянием его магазина! Может быть, ему такой переход невыгоден? Но по нему ясно было: он в этом не сознается теперь, даже если она начнет его пытать.

Даари сделала себе мысленную пометку, что впредь к просьбам особо лояльным гражданам (особенно старшего поколения) надо относиться осторожно.

«Уж про его невестку не буду спрашивать, поговорю с ней отдельно, — решила Даари. — А то он еще согласится за нее, как глава семьи, а она сама против!»

Эту невестку она оставила на следующий день: устала. Казалось бы, всего два интервью, а вымотали они ее так, как будто она мешки таскала.