А пока убегали секунды, мальчик повернул колечко на своем ночнике — ну да, стандартная штука, у Тарика в комнате долго такой стоял, когда он был мелкий и боялся темноты — и тот засветился сильнее. Теперь ребенок, несомненно, увидел Даари.

— Ой, — сказа мальчик, — а я не знал, что они на беременных тоже эксперименты ставят.

— Еще как ставят, — слабо согласилась Даари. Голос показался ей сухим и неестественным. — Ты здесь живешь?

— Нет, — сказал мальчик, — я жил в доме ребенка в Таале. А сюда меня похитили. А вас тоже похитили?

Даари кивнула.

— Давно?

— Очень, — сказала она с чувством полного сюрреализма.

Мальчик вздохнул.

— Значит, вы скоро умрете, — сказал он. — Я еще не скоро, я тут всего месяц… Ну, я так думаю. У вас вокруг глаз шрамы. Больно было?

Сбитая столку и ошалело пытающаяся понять, о чем именно говорит мальчик, Даари честно сказала:

— Я сразу сознание потеряла. А потом уже не так сильно.

— Я тоже без сознания был… Мне пока только одну операцию сделали. Хотите, шрам покажу?

Не дожидаясь ее согласия, он свободной рукой задрал футболку пижамы. Действительно, Даари в слабом свете увидела на его животе ровную полоску — должно быть, хирургический шрам.

Только тогда у Даари вдруг собралось в одну точку: и старая маготехника в кладовке, и слова про «всего одну операцию», и то, что те, кто находятся здесь долго, умирают.

Она почувствовала, как в ней начинает рокотать глухой, нерассуждающий гнев. Опыты на детях — так это надо понимать? И, видимо, мальчик тут не один…

— Это так себе шрам, не очень большой, — продолжал рассуждать мальчик. Очевидно, он любил поговорить. — У вас шрамы лучше. А у Лаара совсем шрамов нет, но он все равно скоро умрет, он лежит все время, и не ест почти ничего. Меня Сайти зовут, Сайтиорн Келло, если полностью. А вас?

— Даари. Даари Сат, если полностью.

— Ух ты! Это как Дорогую Сердцу Супругу?

— Что? — удивилась Даари.

— Ну, Дорогую Сердцу Супругу, которую украли. Или убили. По которой сам Владыка траур надел! Я еще тогда в доме ребенка жил, у нас все о ней говорили, и по каналу оповещения все время было — еще мультики тогда отменили, на целую вечность. У нее тоже шрамы были на лице, только не такие заметные… Ой! — мальчик задохнулся. — Так может, вы она и есть?

— Может быть, — согласилась Даари.

На гнев наложилось еще и удивление, такое сильное, что закружилась голова. Владыка надел по ней траур⁈ Очень, очень странно. Вроде, такого он никогда не делал. Правда, и жен у него до сих пор никто не похищал. Значит, кто-то убедил его, что она мертва и искать бесполезно, вот ее и не нашли. Но… Как? Даари слабо представляла себе, что Дракон может оказаться доверчивым.