— Я предлагал тебе отправить всех до единого птенцов во Врата?

— Предлагал.

Круглолицый кивнул, устроился в кресле и сделал ещё один глоток перед тем, как задать новый вопрос:

— Ты сказал мне… Что? Не слышу.

— Я сказал, что для большей части из них это чересчур.

Повелитель Эфира торжествующе протянул:

— Во-от!

Рагнидис пожал плечами:

— Но согласись, мало того, что это правда — ведь самый слабый Страж равен архимагу, так ещё и что бы мы делали в Зелоне и в Риобиле без птенцов?

— А! Так вот что изменилось? Они здесь стали не нужны?

— Нет же. Дело не в этом. Во-первых, он сам пришёл ко мне с этой просьбой.

Шалодар долго тянул вино, не спеша отрываться от бокала, но наконец спросил:

— Откуда узнал?

— Полагаю, ему подсказал молодой Чалом.

— Иногда мне кажется, что синие горжеты, требующие, чтобы я брал клятвы с ведущих специалистов, не так уж и безумны.

— Это мы тоже уже обсуждали и даже решение приняли одинаковое.

— Верно. Это не наш путь. Ладно. Что второе?

— Он так и будет единственным из этого набора, кто уйдёт через Врата.

— Я не особо слежу за твоими делами. Уникум, что уже стал магистром?

— Нет. Твёрдый мастер по наполненности ауры. До следующего ранга ему расти ещё пару лет.

Шалодар недослушал и, вскинув брови, недоуменно уточнил:

— Пару лет таладорского обучения? Он же был в Зелоне?

— Неважно, — отмахнулся Рагнидис. — Главное то, что он единственный из всех постоянно использует сырую ману в своих заклинаниях.

Повелитель Эфира щёлкнул пальцами свободной руки:

— Вспомнил. Ты зачитывал как-то давно донесение про него. У него такой высокий болевой порог? Или он болен разумом?

— Думаю, там уникальное сочетание множества факторов, включая травму ауры. Но разумом он здоров, и этот способ своего усиления не приносит ему радости. Тебе не стоит беспокоиться.

— Я не беспокоюсь, а борюсь с неприятными воспоминаниями. Это по большому счёту твои птенцы, тебе о них и беспокоиться.

Рагнидис отмахнулся:

— Но главное ты понял?

Шалодар кивнул:

— Сколько он способен вливать в плетение?

— Такой проверки не проводилось, а теперь он и вовсе не попадёт в училище на тесты.

— Но ты считаешь, что он нашёл свой путь к вершинам силы?

— Скорее, что пробил себе духовое отверстие в своей темнице. И только от него зависит, сумеет ли он расширить его в полноценный лаз. Это ведь одна из задач нашего обучения, верно? Дать возможность магам как можно раньше найти свой уникальный дар и понять свои сильные стороны.

— Здорово. Теперь я займу ту сторону, что обычно принадлежит тебе в наших разговорах, и повторю твой же вопрос. А с чего ты вообще взял, что обычный мастер сумеет продержаться в Астрале хотя бы одну волну?