— Что здесь, может, не сходиться?! — взорвался я. — Вот ее расчеты и формулы! Никто больше в этой академии не способен высчитать нестабильность альфа-маны с такой точностью! Она предала нас! И мстит мне!

— Да, похоже на нее, — согласился Тенебрис, скрестив руки на груди. — Но ты сам подумай. Может ли Лилиан Роузвейл, бьющаяся за безопасность студентов, готовить их смерть?

Я замер, тяжело дыша.

— Она принципиальная до одури зануда, Дамиан. И помешана на правилах и безопасности, — продолжил Эйдан, глядя мне прямо в глаза. — Роузвейл может ненавидеть тебя лично, но она никогда, ни при каких обстоятельствах не устроила бы взрыв на полигоне с первокурсниками. Это противоречит всей ее сути.

Слова друга прорывались сквозь пелену моего бешенства. Я остановился. Логика, которую я пытался задушить болью, начала брать свое.

Ослепила ли меня ревность и обида? Да.

Эйдан был прав. Лили не хладнокровная убийца, она жила академией. И не пошла бы на преступление, даже из-за мести мне.

— Тогда что это? — скривился я, указав на документ.

— Не знаю, — ухмыльнулся Тенебрис, облокотившись на стол. — Может, ее подставляют? Или она ведет свою игру? Или, вообще, это фальшивка?

— Фальшивка? Но как проверить?

— Проследить за ней, — пожал плечами Эйдан. — Я в таком не силен, но думаю скоро узнаем наверняка. Можно еще с ней просто поговорить...

— Мы враги! — В отчаянии я провел рукой по лицу. — Если я сейчас вломлюсь к ней поговорить, хотя очень хочется, то не думаю, что она мне ответит цензурно.

Эйдан широко улыбнулся, с явным пониманием ситуации.

— Дамиан, последний человек, с кем я так воевал, сейчас выбирает свадебное платье и скоро будет носить мою фамилию. — Он похлопал меня по плечу. — Я не верю в такую вражду.

Я кивнул, мрачно сжав кулаки. Кристалл поймал еще одно письмо на тот же адрес. И спустя несколько часов расшифровок мы узнали о готовящемся собрании, но место осталось неизвестным. Долго думая, как поступить и что делать с Лилиан, я итоге все решил в последний момент.

— Возьми стражу и пятикурсников, начните прочесывать территорию.

— А Департамент?

— Я сообщу им, но пока Ксантир со своими людьми приедет, мы упустим время... Нужно начать действовать.

— А... — Тенебрис замялся, боясь спросить про Лилиан.

— Я к ней, ты прав, нас ждет серьезная беседа.

Темные тучи стремительно сгущались над академией и лично надо мной, превращаясь в настоящую снежную бурю, но внутри меня горел беспощадный огонь.

Мне предстоял самый важный разговор в жизни. Разговор, в котором я больше не намеревался сдерживать себя, а хотел выбить правду из одной рыжей Белочки.