Во-первых, черный дракон считает меня гениальной, а во-вторых, для него работа в академии — ссылка и подстава.

Они стояли здесь, спорили о сметах, а я внезапно увидела всю изнанку происходящего. Рейвенхарт не просто самодур, ненавидящий женщин и науку, а загнанный в угол волк, которого бросили в болото интриг, бумаг и финансов. Для него это все чужеродно его природе. Дамиан разрушал наши уютные теоретические кафедры не из слепой злобы, а в попытке выжить. И единственный доступный ему способ — это взять академию под военный контроль и выбить результат силой.

Тенебрис похлопал его по плечу.

— Мы справимся. Но мой тебе совет: ослабь хватку на Лилиан. Она не из тех, кто ломается, а ты тратишь на нее ресурсы.

— Это уже дело принципа, — тихо отозвался Дамиан. — Ладно, идем. Мне еще отчеты для министерства подписывать до рассвета.

Мужчины собрали папки и направились к выходу, звук их шагов быстро стих на лестнице.

Я осталась стоять между стеллажами, медленно опуская полог незаметности. Сердце колотилось так громко, что казалось, бьется о ребра.

Должность ректора — это ловушка. Его хотят уничтожить, подложив под бюрократический каток.

Устало прислонившись спиной к деревянным полкам, я думала. Внезапно едкое чувство жалости, сродни сочувствию к раненому, но все еще опасному хищнику, затопило грудь. Он был один против всей столичной машины, пытающийся удержаться на плаву. Это объясняло его грубость, отчаяние и ночные бдения над документами.

Но следом за жалостью пришло совершенно иное осознание. Ясное и понятное.

Я выпрямилась. В темноте архива мои губы сами собой изогнулись в безжалостной усмешке.

Рейвенхарт играет на чужом поле и не понимает, как работают академические интриги, уставы и министерские проверки, поэтому и режет все под корень. А вот я — понимаю и знаю здесь каждый винтик.

Если он продолжит давить мой факультет, не прекратит эту войну, то мне не нужно изобретать сложные заклинания, чтобы его уничтожить. А достаточно просто использовать правила против него. Бумаги, отчеты, стандарты обучения — все то, в чем он плавает и не разбирается. Тенебрис во всем помочь не сможет. Одного составленного коллективного иска в Совет будет достаточно, чтобы ускорить падение Дамиана, которое так ждут его враги при дворе.

Я могла победить ректора Рейвенхарта и вернуть свою спокойную жизнь. Ключ к его низложению теперь лежал в моих руках.

Вопрос был лишь в одном: почему мысль о его трибунале и поражении вызывала во мне не торжество, а щемящую тоску?

«Физиология, — сердито одернула я саму себя, подхватывая папку с выписками и направляясь к выходу. — Просто дурацкая физиология».