Я рванул в служебные помещения, пропрыгал по лестнице, рванул дверь в гримерку. Ник с задумчивым выражением лица немилосердно растягивал щеки морщившейся Полине Георгиевне. Наконец, он поправил очки и неуверенно протянул:

— Кожа теплая, непривычно. А так все нормально, работать можно. Вату ведь внутрь не запихать, да?

Влендис, свысока глядя на нависающего над ней Ника, осведомилась:

— Вы вообще кто такой, юноша⁈

— Я — Никита. В морге работаю, санитаром. Трупы гримирую.

Надя тут же отчеканила:

— Это лучший спец, которого можно достать сегодня вечером!

Влендис, мгновение помолчав, величественно откинулась на спинку стула и скомандовала:

— Работайте, юноша. Меня ждут зрители!

Ник, оглянувшись, поставил на стол сумку, включил все лампы, а потом спокойно сел на колени Полине Георгиевне.

Ну да, его клиенты обычно не протестуют.

Я тихо сделал вид, что ничего не произошло и выскользнул в коридор. Надя, вроде бы оставшаяся по ту сторону двери, подошла ко мне с пачкой бумаг:

— Ник сказал, что займет полчаса.

Подавив желание заглянуть в комнату и проверить, есть ли там ее двойник, я согласился:

— Значит, меняем открытие.

— Кто?

— Я, конечно. Кому еще доверить?

Сказал вроде бы легко, а в животе засосало. Тысяча взрослых человек в зале, черт знает сколько за кулисами, тут все время то больше, то меньше и постоянно какие-то незнакомые личности бродят. И для всех них должен задать правильный тон своим выступлением именно я.

Надя, похоже, нервничала ничуть не меньше, но ухитрялась все перерабатывать в активность. Новорожденный администратор бегала и шепотом орала, уговаривала, подсказывала, направляла. Я даже слегка успокоился, глядя на это — вот нашел человек себя!

Что же, значит уже не зря все это.

Мысль вдруг успокоила, а протянутая Димкой фляжка наглядно показала, как учитель дошел до жизни такой. Потому что как здесь не выпить⁈ Димон по случаю торжества тоже был в костюме. Шили у того же мастера, что и мой «рабочий», но в этом секреток не было, только два специальных кармана. В одном плоская фляжка, при мне доставал приложиться, а в другой я не заглядывал, но догадывался. Выглядел Погода прямо как с экрана пожаловал, из фильмов Леоне и Скорцезе.

— Как, готов?

— Ага. Ты?

Димон молча глотнул. Хмыкнув, я покосился на затормозившую рядом Надю.

Девушка молча кивнула.

— Микрофон подключен?

— Да, порядок.

— Давай третий звонок.

Надя тут же метнулась в сторону.

Вдох, улыбка.

Итак… мы начинаем!

Сцена сейчас разделена пополам занавесом, я прошел по скрытой от глаз зрителей части, на ходу тыкая кулаком в тяжелую ткань, остановился посередине, изображая попытки найти вход и слушая, как затихает по ту сторону, в зале, шум. Посмотрел вправо, влево — на меня смотрели человек тридцать. Хористы, актеры, музыканты. Ведущие пока не подошли… черт с ними, сам все проведу!