— Даже несмотря на то, что фельдкорнет Игл, в бытность помощником военного коменданта, прошелся частой гребенкой по их сети, за что и был удостоен покушения… — опять сделал небольшое отступление Максимов.

— Мы в курсе… — буркнул Крюгер. — Продолжайте, минхер Игл…

— Так вот, Робертс прекрасно осведомлен о том, что мы устроили два укрепрайона на пути его вероятного наступления. И считает, что мы сконцентрируем свои войска вдоль этих рубежей. Осознать этот факт мы ему уже помогли, устроив демонстративное отступление всех наличных сил. Прогнозирую его решение занять Винтерс-Влей и, пользуясь этим пунктом как опорной базой, дождаться очередных подкреплений, дать отдохнуть тягловой силе и солдатам, а уже потом устроить решающее наступление. Винтерс-Влей он займет послезавтра, у нас там всего лишь легкое прикрытие, только для того чтобы обозначить сопротивление, после чего коммандо отступит. Мой план состоит в следующем. В тот же день, точнее — в ночь на следующий, будет совершен скрытный марш всеми нашими наличными силами, разделенными на три отряда, вот к этим рубежам. С которых, по сигналу, они под утро атакуют британцев с трех сторон. Подобные действия для Робертса будут полной неожиданностью и позволяют нам надеяться на успех.

— Нас мало, — высказался де ла Рей. — Очень мало. Это самоубийство.

— Согласен, — вежливо кивнул я ему. — Но это не все. Основной план заключается вот в чем…

После того как я закончил, в палатке поднялся дикий ор. Я даже был вынужден выйти и приказать своим бойцам с конными полицейскими отогнать любопытствующих на сотню метров.

— Люди! — рычал Крюгер. — Они разом лишатся своего имущества! И что скажут наши европейские союзники? Вы об этом подумали?

— Все патриоты уже покинули город, — спокойно парировал Стейн. — Мы принесем эти жертвы ради победы. И пора бы уже понять: союзников у нас нет. Сочувствующих много, да и то — на словах.

— Представляю, какой гам поднимут бритты… — хмыкнул Фронеманн.

— У нас есть возможность в некоторой степени нейтрализовать шумиху в прессе, — скромно напомнил о себе Максимов. — И вообще, это мелочи. Главное — победа.

— Поздно; ничего не получится… — буркнул де ла Рей. — Вот если бы…

— Мы провели уже подготовку… — отрапортовал фон Бюлов. — И сделали теоретические расчеты, дающие пятидесятипятипроцентный шанс на успех.

— Но кто решится на такое? Кто этот самоубийца? — вступил в разговор де Вет. — Вы представляете — пробраться в город, привести в действие ваши адские машины! Шансов выжить нет!..

— Это сделаюя́…

Мгновенно в палатке наступила тишина, глаза всех присутствующих уставились на меня.