Мне даже стало как-то легче на душе. Я искренне сочувствую бурам, но по большому счету, ничем им помочь не могу. Ну не идти же мне в атаку с винтовкой наперевес? А так… в меру своих скромных сил… может, что и выйдет. А не выйдет, так хотя бы останется уверенность, что попытался.
— Хочу, — твердо ответил Максимов. — Завтра непременно встречаемся.
— Отлично, прихватите с собой еще несколько надежных людей.
Мы перебросились еще парой слов, а потом меня потащили играть в фанты. Ох уж эти «дэушки»…
— Моя, моя очередь! — Софья даже язык Лизе показала. — Чем же мне озадачить бравого героя?.. — Девушка окинула меня оценивающим взглядом.
— Вы несносны, Софи… — Лиза надула губки и отвернулась.
— Итак… — Софья не обращала на подругу никакого внимания.
— Чего бы вам хотелось, Софья Николаевна? — решил я помочь девушке. Время было уже далеко за полночь, а завтра еще дел наперечет. Так что пора и честь знать…
— А ничего, я оставляю свое желание за собой… — рассмеялась Софья. — Но не думайте, что легко отделались. Я его в свое время обязательно предъявлю.
Лиза сразу отмякла лицом, мы еще немного посидели за столом, а потом я откланялся. К моему удивлению, все присутствующие очень тепло со мной простились. Лиза не в счет, она вообще себя вела как единоличная и полноправная владелица капитана Майкла Игла. Черт… вот как-то она меня настораживает…
Добрался до гостиницы нормально и едва ополоснувшись, вырубился.
— Завтра, все завтра… и война тоже…
Оранжевая Республика. Блумфонтейн
23 февраля 1900 года. 05:00
Всю ночь снились кошмары — меня цинично и разнообразно грабили. Все подряд, от волонтеров до Лизхен. Тьфу ты, приснится же такое… Проснулся с рассветом весь расстроенный, принял ледяной душ и заказал в номер завтрак. Пока завтракал, вспомнил, что сегодня двадцать третье февраля, и еще больше загрустил.
Впрочем, грустил я совсем недолго: умяв кучу еды и экипировавшись по-походному, отправился в расположение волонтеров. Вернее, сначала в гостиничную конюшню, где квартировал мой «росинант», а уже затем в пансион. По пути рисовал себе страшные картины; все пропало, волонтеры сперли золотишко, заодно цинично перестреляв друг друга…
— Миша, ну нельзя же так… — попробовал себя в голос урезонить, но ноги сами дали шенкелей коняге.
Пансионом оказался большой длинный дом — очень смахивающий на барак, окруженный небольшим садиком. Все чрезвычайно прилично. Гм… трупов тоже не видно… А это что такое?
Возле дома стояла длинная очередь из вооруженных людей. Не буров… европейцев… и очередь эта шла к столику, за которым важно заседали господа Шнитке и Ла Марш. Волонтеры из нашего отряда, немного поодаль, дружно занимались постирушками и другими не менее полезными делами. Короче, служба поставлена — не разгильдяйничают…