Катя с непонятным испугом вскинула на меня взгляд, а Юрка, гад, захихикал, все так же злобно на меня глядя:

— Вот тебе, Катюша истинный портрет твоего Костика (я с удовольствием отметил тогда про себя эти его слова про «твоего Костика». Значит, мимолетно подумал я, что-то между нами все-таки и здесь было, и Юрка до сих пор в ревности). При всем торжестве стиля, которого, отдадим ему должное, добился твой «хороший мальчик», с фантазией у него двойной полуабзац. Я, конечно, не знаю, зачем он сюда явился, а сам, конечно, не скажет, но отмазку он себе придумал, просто замечательно убогую отмазку в виде амнезии. Это откуда-то из мексиканских сериалов, пошлее и придумать нельзя, разве что похищение пришельцами или, там, скажем, путешествие по параллельным мирам, ну, что-то в этом роде. Так что туп твой Костик, моя дорогая, до безобразия туп!

Катин Костик после этих слов только головой тряхнул, чтоб избавить себя от гнева, изобразил робкую улыбку и продолжал:

— Я повторяю, я ничего не помню, имя помню, вас помню, кое-что по работе, и если вы не хотите мне помочь, так я тогда уйду. Просто мне некуда было, вот я и заявился сюда. Извините.

— Извините, говоришь? — вкрадчиво произнес Юрка. — Это круто, даже со своей амнезией он извиняется. Я ж понимаю, чего тут не понимать. Ты у нее спросить хотел про это «что-то», которое у тебя с нами случилось, а ты взял и забыл, ну надо же! Только Катя тебе тоже ничего не расскажет, с амнезией — это не к нам. Это совсем по другому адресу. Сказать? Или сам по интернету поищешь?

Только тут я вспомнил, что вообще-то существует интернет и у меня телефон есть. Ни разу почти не вспоминал о нем с момента появления усижела в моем кармане. Да и не звонил мне никто. Меня вообще по мобильнику редко кто набирает, разве что Катя — в том, первом мире. Мне захотелось пошарить по карманам в поисках аппарата, наверняка же где-то он должен быть, и именно в правом кармане джинсов, но в последний момент я передумал искать прилюдно, и сказал Юрке:

— Мобильника у меня тоже нет, я не знаю, что со мной случилось такое.

Юрка захохотал, точней, изобразил издевательский хохот, причем плохо, у него всегда с актерством проблемы были, и победительно заявил:

— Ну вообще! И мобилы у него тоже нету, я их даже у бомжей видел, а у него нету! Ни памяти, ни мобилы — хряпко! Хотя насчет памяти ты врешь и насчет мобилы тоже, наверное, лукавствуешь замечательно, но даже если и не врешь, все у тебя так и получается, что ничего у тебя не-ту! Потому ты и пришел к нам, чтоб чем-нибудь поживиться.