Мимоза из-под кровати тявкнула, явно высказываясь, что обо всем этом думаешь.
— Я поняла, что жениться на мне ты не собираешься, — Ангелина налила себе еще шампанского. — И не спорь. Себе же говоришь, что когда-нибудь потом обязательно сделаешь предложение. Лет через пять, а может, через десять. Но вообще тебе и так неплохо… верно?
Оставалось кивнуть.
Мимоза, осмелев, вцепилась в штанину и с утробным рычанием попыталась оторвать кусок.
— А скорее всего через те же пять лет ты бы нашел кого помоложе или породовитей. Ты ж при дворе крутишься? Да ладно, я не дура, вижу, что в простом месте обычному охраннику столько не платили бы… квартирка эта… не особняк, то тоже весьма себе. Оклад твой… остальное. Но не о том ведь речь, верно? Правда в том, что с тобой у меня перспектив никаких. И будущего нет.
— Тогда зачем я был нужен?
— Ненавижу одиночество, — пожала плечами Ангелина. — Да и в целом так-то неплохо жили, но… на время, Леший. Исключительно.
Хотелось что-то ответить, такое, хлесткое и обидное. Но Ангелина глянула укоризненно и произнесла:
— Вот только не надо петь, что ты меня любишь без памяти и жить без меня не сможешь.
Сможет. Это Леший знал точно, но…
— Может, и люблю, — буркнул он из чувства противоречия.
— Леший… встречаться мы начали в январе. А сейчас, — Ангелина кивнула на окно. — Лето вон почти уже… съехались тоже осенью.
— Никогда я даты не запоминал.
— Просто тебе плевать на эти даты. И на меня, если так-то… ты вот цветы принес.
— И чего?
— Лилии…
— Ты не любишь лилии?
— У меня на них аллергия, придурок! — рявкнула Ангелина. — И на орехи тоже!
Леший поглядел на торт, вспоминая что-то этакое… торт и вправду был густо усыпан жареным фундуком.
— А вот скажи… ладно, не мне, но у того, кого ты охраняешь, у него на что аллергия? Помнишь? И вкусы, небось, тоже? И своих дружков, что да как… это потому, что они все — важны. А я…
— Нет?
— Не особо. Ты хороший парень, Леший. И меня не обижал. Но правда в том, что… нет у нас с тобой будущего. Никакого. Было удобно какое-то время, но и только…
Она поднялась и поставила бокал.
— Вещи мои, пожалуйста, выкинь с балкона.
— Чего⁈ — это даже обидело. Может, у Лешего характер был так себе, испорченный службой и в целом жизнью, но не настолько же!
— Ноут я заберу позже. Украшения тоже… так, вот, — Ангелина весьма шустро вытащила из шкафа ворох платьев, который быстро разобрала на две кучи. Меньшую убрала в шкаф, большую оставила на кровати. — Это выкинешь… и белье тоже. Сейчас, я скоро… ага… ключи завтра в почтовый ящик кину. Ну или можешь подождать, если не доверяешь.