— Тетя Валя! Тетя Валя, — выбежала в коридор Аленка, — а папа нам обещал самокат купить! Ой, а ты чего плачешь? Ты заболела? Тебе больно? — тепленькие детские пальчики коснулись моих ледяных, погладили участливо.
— Алена, взяла Кирилла и брысь к себе в комнату, — приказывает дочери Света.
Аленка, обижено насупившись, уходит в детскую, прихватив за ручку высунувшего из-за угла улыбчивого Кирилла.
— Пойдем, Кирка, у взрослых тут важные разговоры, — подчеркнуто недовольно объясняет брату девочка, скрываясь за дверью.
— Так, Варюшка, хватит сырость разводить. Раздевайся, пошли на кухню, чай тебе заварю с ромашкой, ты успокоишься и все подробно расскажешь, окей?
Сопротивляться сил нет. Отходняк накрывает сильнее, и из тела вместе со слезами будто выкачали всю энергию. Чувствую себя бесформенным куском ваты.
Света помогает мне снять куртку. Нецензурно ругается, увидев на мне разорванную спортивку.
— Так, иди умойся, я сейчас.
Иду в ванную и ужасаюсь виду той девушки, что смотрит на меня в отражении зеркала.
Волосы растрепаны, лицо заревано, а щека опухла и на глазах темнеет — ссадины нет, но синяк обеспечен. Умываюсь ледяной водой, нарочно долго придерживая холодные ладошки у лица. Не верится, что все было правдой и уже закончилось. Кажется, вот-вот распахнется дверь в ванную и на пороге появится жуткий Андрей. Поэтому подскакиваю на месте, как ужаленная, когда входит Света.
— Тише, Варь, это я. Вот, надевай.
Подруга протягивает мне свою кофту. Великоватую, но хотя бы целую и с запахом уюта. Моя спортивка летит в мусорку.
— Идем на кухню, я чайник уже поставила.
Мы проходим на кухню. Первым делом подруга вытаскивает из морозилки пакет с пельменями, сует его мне в руки, чтобы я прижала его к щеке. Жар утих, стало легче.
Пока греется чайник, я начинаю рассказывать, как встретил меня их знакомый, как он почти силой напоил меня соком. Как я отключилась, а очнулась в постели, окруженная искусственными цветами, в комнате, похожей на склеп, с фотографиями девушек на стенах. Как мне было страшно, пока Андрей фотографировал меня, как я обманула его, ударила и сбежала…
Света слушала с расширенными от ужаса глазами. Не знала она об «увлечениях» их знакомого, это точно.
— Рома! А иди-ка, дорогой, сюда! — властным голосом, не предвещающим ничего хорошего, прокричала Света после моего краткого изложения.
Рома явился мгновенно. Застыл в проеме кухни, заранее догадываясь по тону жены, что в чем-то виноват, но пока еще не знал в чем.
— Скажи-ка, милый, какого лешего у тебя появился такой друг, как этот психопат Андрей?