Эл спокойно ждал их, повернув лезвие ножа к себе — именно так и следовало держать корс. Лезете напролом, господа? Безоружнеы против корса? Ну-ну!

Нападавшие даже не поняли, что это было? Лезвие ножа вдруг превратилось в сверкающее полукружье — настолько быстро закрутил им Элнар дар Уттар! Молодой рами не стал особо щадить лихордеев… правда, колол не до смерти…

Раз — и схватившись за грудь, отполз в кусты один…

Два — выбыли из игры еще трое…

Остальные озадаченно попятились, а вожак, подняв с земли оброненную кем-то увесистую железную трубку, с яростью бросился на Элнара.

«Бой между корсом и коротким дротиком-мари» — словно само собой пронеслось в мозгу Эла, и он уже знал, как нужно действовать. Совершив обманное движение, якобы прикрываясь от атаки, резко ушел влево, и, бросившись под ноги врагу, всадил острое лезвие впрямо в живот врага.

Вожак зашатался, еще толком не понимая, что с ним случилось. Однако, тут же схватился за живот, зажимая пальцами темно-красную кровь и, повалившись на землю, завыл, забился в агонии, царапая землю ногтями. Остальные, не дожидаясь конца своего приятеля, разбежались со всей возможной прытью… Те, кто смог, конечно.

— Шакалы, — убирая в рукав нож, Элнар сплюнул на землю.

Айша быстро одевалась, время от времени бросая на него восхищенно-подозрительные взгляды. Мар дул на окровавленный кулак.

— Что с рукой? — оглянулся Эл.

Парнишка горделиво усмехнулся:

— Кой-кого приласкал, пока ты махал ножиком.

— Молодец, — засмеялся Элнар, и перевел взгляд на девушку. — Ты как?

— Нормально, — застегивая жакет, улыбнулась та. — Здорово ты их. И где только научился?

— Меня научишь, а? — жалобно заглянув Элу в глаза, попросил Мар.

Элнар не знал, что и ответить. Точно — не знал.

— Пойдем-ка побыстрее отсюда, — он посмотрел на кусты.

— Не советую вам особенно торопиться, любезные господа, — произнес вдруг чей-то насмешливый голос. Вздрогнув, ребята повернули головы к липе — что еще там за напасть?

Из-за дерева вышел чрезвычайно уверенный в себе человек с неприметным лицом, рыжеусый, небольшого роста, одетый в полосатый пиджак и брюки. На груди незнакомца красовалась белоснежная манишка с черным галстуком-бабочкой, голову покрывала зеленая, с узкими полями, шляпа. В левой руке сей элегантный, непонятно откуда взявшийся здесь, господин держал щегольскую трость, в правой — блестящий револьвер с длинным стволом и большим барабаном.

— Инспектор муниципальной полиции Шпайк, — представился он. — А это, извольте убедиться,– мои люди.

Из-за деревьев показались полицейские в синих мундирах и высоких касках, тоже при револьверах, с короткими шпажками у пояса.