Глава 7
В ванне Тельма спряталась. Эта ванна замечательно подходила для того, чтобы в ней скрываться. Глубокая. Теплая. И темная. Из пары светильников работал лишь один, да и тот мигал. Пахло… мужчиной. Туалетной водой. Мылом. Потом. Собственным Мэйнфорда запахом, слишком резким, чтобы его игнорировать. Она включила воду. Стянула чулки… мокрые и грязные. Белье не лучше… и надо бы вызвать такси. Уйти. Никто не остановит, в этом Тельма была уверена. А дома она уже переоденется в чистое и, так и быть, отжалеет четвертак на газовую колонку. У нее ведь тоже ванна имеется. И горячая вода. А если приступ повторится? Если в следующий раз ее не окажется рядом? И никого не окажется рядом? Что с того? Неужели она будет переживать о человеке, который… который ей обязан. И Мэйнфорд не из тех, кто забывает долги. Именно. В этом все дело. В планах ее, где Мэйнфорду найдется место… Тельма вдохнула и с головой нырнула в теплую мутноватую воду. Нет ничего глупее, чем врать самой себе. Мэйнфорд сказал, что знает, кто она. И значит, выставит. Из дома. Из Управления. Только вопрос: сразу или же прежде попытается купить? Сквозь толщу воды потолок казался серым, размытым. И внизу, на дне, было на удивление спокойно. Тельма лежала бы вечность, но кислород закончился, а воздух, показавшийся отвратительно холодным, вернул к реальности. В ванне не спрячешься. И разговор неприятный, сколько его ни откладывай, состоится. Так к чему тянуть? Она вымылась мылом, которое терпко пахло сандалом. Вытерлась полотенцем, выбрав из пятерки то, которым явно пользовались. Ей и самой было странно это почти животное желание пропитаться чужим запахом. В шкафу обнаружилась и рубашка, свежая, пусть и мятая. Белье… Обойдется. Халат Мэйнфорда, упоительно пахнувший его туалетной водой, оказался не просто велик — Тельма в нем утонула. Но халат был мягким, а альтернатива отсутствовала. Вот и все. Дальше прятаться нет смысла. Она вышла из ванной, втайне опасаясь встречи один на один, но, увидев Кохэна, вздохнула с облегчением. Сколь бы близок он ни был, Мэйнфорд не станет втягивать в спор и его. — Как ты? — Кохэн выглядел бледным. — Жива. — Есть хочешь? Спать? — Всего хочу. — Сядь куда-нибудь, — Мэйнфорд старательно смотрел мимо Тельмы. — Пол холодный. Забота эта ничего не значит. А пол нормальный, в приюте было хуже, особенно в том, в первом, где Тельма еще цеплялась за глупую надежду… отослали по ошибке… вспомнят… заберут… Вернут домой. Нет больше дома. А холодные полы… к ним, как и ко многому, привыкаешь. Она забралась