Глава 3
— Ой, Мэйни… не скажу, что счастлива тебя слышать, — Алиссия ответила сразу, будто ждала звонка. И тонкий ее голосок звенел в трубке, заставляя Мэйнфорда морщиться. Немного мучила совесть. Ему бы с иными делами разбираться, благо имелось, что добавить на треклятую стену в третьей допросной, а он вот личные устраивает. Или не совсем чтобы личные? Тельма — часть происходящего. А пока она носится со своими тайнами, Мэйнфорд не может быть в ней уверен. Да и не займет звонок много времени. Это не завтрак с сестрицею, растянувшийся на пару часов. — Не говори, что соскучился. — Конечно, соскучился, дорогая, — покривил душой Мэйнфорд. Алиссия захихикала. — Тогда ты опоздал! Я выхожу замуж! — Чудесно! За кого? — А ты не знаешь? — в зефирном голоске Алиссии проскользнули ноты обиды. — Я думала, что ты поэтому звонишь… прочел о свадьбе… вспомнил нас… — Нас я никогда не забывал, — врать по телефону все же было легче. — Но увы, я про свадьбу не знал… — Гаррети… тот самый Максимус Гаррети… Знакомая фамилия. И Мэйнфорд искренне попытался вспомнить, кто же таков этот самый Максимус Гаррети, которого угораздило связаться с выводком плюшевых медвежат. — Ты неисправим… — вздохнула Алиссия. — Ювелирный дом Гаррети. Универмаги Гаррети… — Тогда вдвойне поздравляю. Ты достойна его состояния… — Вот что мне в тебе нравилось, так это твоя откровенность. Никогда не давал себе труда быть вежливым, — хмыкнула Алиссия. — Но в целом ты прав, его состояние — это единственное, что в нем может привлечь. Он такой зануда! Я бы десять раз подумала, но мой папочка так мечтает породниться… а папочке сложно отказать… Надутые губки. Приподнятые бровки. Выражение искренней обиды, которое Алиссия тренировала перед зеркалом не один час. И сухой остаток в виде реальности: пока папа Алиссии оплачивает ее счета, дочурка будет делать именно то, что ей велено. И замуж пойдет за того, на кого папа укажет, раз уж не сумела сама себе подходящего супруга добыть. Впрочем, все это — чужие проблемы. — Тогда сочувствую… — Между прочим, если бы ты хорошенько подумал… — Лисси, не стоит. — Твоей матушке я нравилась. Она мне не так давно звонила, намекала, что с объявлением помолвки стоит погодить, ты передумаешь. Надо же, какие интересные подробности. — Не передумаю. — Я тоже так решила. Максик, конечно, не подарок, но он щедр. И не собирается меня в чем-то ограничивать, если, конечно, я буду соблюдать приличия… — Так замечательно… — Еще слышала, будто у тебя со здоровьем нелады… — Какие? — Не знаю, — Алиссия наверняка