Потом он передал мешок появившемуся невесть откуда Ци, который, легко перемахнув через стену, исчез.

Ли Лунчжэнь онемел. Обычный вор? Вор, который просто воспользовался чужой бедой, чтобы погреть руки? Никогда ещё он так не ошибался в человеке!

Тут, усугубляя его удивление, из-за дома снова выскочил Лю Бинь, весь в копоти, и снова с набитым мешком. Он громко распоряжался солдатами, расставляя оцепление и посылая Сан Тяня за подкреплением. Через стену вновь перемахнула изящная тень, и на камни дорожки по-кошачьи мягко приземлился Ци Цзинь Юэ.

— В сокровищнице больше ничего нет, — отрапортовал Лю Бинь, — я обыскал всё.

— Оцепление не снимать, — приказал Ци, забрал мешок у Лю Биня, перемахнул через стену и снова исчез.

Лю Бинь кивнул и тут наконец заметил у ворот начальника ведомства.

— Господин Ли, всё сделано, как вы приказали, — отрапортовал он. — Дом оцеплен, пожар потушен, имущество конфисковано.

Ли Лунчжэнь не помнил, чтобы отдавал такой приказ, но кивнул, ничего не объясняя. Сейчас ему хотелось только одного: немедленно добраться до судебного магистрата и уволить мерзавца Ци со службы. Жулик! Куда тот унёс ворованные вещи? На кладбище?

Он тщательно расспросил Лю Биня о проведённом обыске и поехал в магистрат.

Между тем в город уже просочились слухи о гибели принца. Толпы народа собирались на улицах Чанъани, не давая проехать всаднику, слухи переносились от дома к дому, а рынок буквально гудел. Над головами людей кружили черные сороки. Их крики, резкие и протяжные, казалось, усугубляли напряжение. От лавки к лавке, от павильона до павильона трепетные слова обрастали новыми мрачными подробностями. Солдаты, посланные для поддержания порядка, тщетно пытались рассеять скопища зевак. Неопределенность порождала слухи о заговоре, предательстве, мести — всё это смешивалось, подогревая и без того кипящие страсти.

Лунчжэнь, с трудом добрался к месту службы, вошел в двери судебного ведомства, не замечая поклонов челяди и служителей, и снова замер в удивлении. В присутственном месте три стола были сдвинуты, на них громоздились драгоценности, украшения, клинки и книги, а посреди столов на пустых мешках сидел Ци Цзинь Юэ, составляя опись и злобно бормоча себе под нос проклятия.

— Не настолько же он дурак-то… Просто слепой? Не может быть…

Лунчжэнь чуть успокоил сбившееся дыхание. Выходит, Ци всё же не вор. Вор не притащил бы ворованное в судебный магистрат. Но тогда зачем он забрал эти вещи?

— Вы подаёте большие надежды, Ци Цзинь Юэ, — саркастично заметил он. — Отдаете приказы от моего имени, вызываете солдат, конфискуете чужие ценности…