— Ну наконец-то! Не думал уже свидеться! Совсем не изменился, надо же, только белый стал, как снеговик!
Я тоже заметил, что кожа моя после выхода из Цилиндра оказалась молочно-белой, а теперь покраснела и начала ощутимо саднить. Видимо, пребывание в капсуле приводило к сильной депигментации кожи. Кажется, в этот раз я недостаточно густо намазался штатным кремом!
— Да. Как бы не обгореть!
— Если что, приходи ко мне, помогу. Я ведь теперь тут знахарь!
— Это как это?
— Когда я Кханара-то откачал, все меня трошки зауважали. Ну, а мне пришлось поддерживать, так сказать, реноме. Я кое-что и раньше знал, увлекался народной медициной, а тут — раз, и никаких врачей, лечись, как хочешь. Главное — наших жалко! Вон, ребятишки Алинины, — сколько померло, у Петра тоже детки… А кому лечить? Эти-то — он кивнул на адажей — привычные, у них помер, да и ладно, а наши-то? Ну, я проштудировал книжку про это дело, — хорошая книжка у Марьи была про травы, — да и начал делать настои и сборы. Вот, видишь, зверобой готовлю. Только вот все труднее становится — меняется состав местной растительности. Климат-то все жарче и жарче!
— Да, это я заметил. Жара стоит просто невыносимая. И очень сильно упал уровень воды в запруде!
— Да, с водою нынче беда! При хозяине-то, при Егорыче, её по край плотины было, весной даже сбрасывали. А теперь вон, сам видел. А откуда ей, воде-то, взяться, если Кавказа больше нет?
— А причем тут Кавказ?
Сергей глянул на меня с укоризной.
— Так Терек-то откудова брался? С Кавказа, с гор! Вся вода на вершинах конденсируется, а если кругом просто степь, так тучи шуруют мимо, до ближайших гор. А их-то теперь и нет!
— Ну, вот тебе раз! А я думал, горы — бесполезная вещь, только место занимают!
— В природе, Костя, нет ничего бесполезного. Теперь видишь, все как перемешалось! И в итоге — кругом бардак…
— Полегче тут стало, как адаже пришли?
— Конечно! Они как абреков тех заломали, сразу свои порядки установили. Мы тогда уже года два рабами не были, это тебе спасибо, а там дядя Саша с Валерьяном за нас словечко замолвили. Нам привольнее стало жить-то с новой властью. Только вот Виктор, видимо, злобу затаил на Асхенаба с сынком. Эггон-то здорово его избил, когда он дочь не захотел отдать за Кханара, ну он и обиделся. А тут, как Эггон погиб, оттого что кто-то с проводами баловался — Сергей ехидно посмотрел на меня, — Асхенаб с сыном вождями быть перестали, и Валерьян зрение потерял, ружье своё Вите отдал. Вот так все и сложилось!
Тем временем подошла Алина, уже без ребенка. Забрала у Сергея пучек корешков, но не стал сразу уходить, видно, разговор ее заинтересовал.