В нескольких местах противник подготовил дорогу для осадных башен и таранов.
Решив подняться на стены и самому посмотреть на это, я разглядел в полуфарсанге от стен какие-то деревянные сооружения на колесах. Их тащили в нашу сторону быки. Эти сооружения окружали тучи рабов и небольшие отряды сардукаров. Они походили на башни с внутренней лестницей и были установлены на платформах. Казалось, башни высотой были высотой с наши стены! Там также было очень много штурмовых лестниц, которые тащили рабы-пехотинцы, а за ними двигались рабы с фашинами и повозки с шестами и досками. Стало ясно, что сарды намеревались заполнить часть рва фашинами, а затем передвинуть эти странные башни по настилу или гати, которую проложат на фашины, а потом взять стены штурмом. Там двигалось также четыре более низкие сооружения, покрытые конскими шкурами, из которых выдвигался вперед штырь с железным наконечником. Я понял, что это и были тараны — стенобитные орудия. Бревно раскачивали на канатах внутри сооружения. Сарды собирались бить в стены, чтобы пробить в них отверстия.
Сарды выбрали место для нападения неподалеку от ворот. Стратеги немедленно начали укреплять соседние башни и устанавливать там все имеющуюся у нас машинерию — скорпионы, катапульты, и «вороны» — это машины, которые захватывают верх тарана, когда тот наносит удар, с помощью каната отводят его в сторону, и все сооружение переворачивается. Вороном можно повалить и осадную башню.
Я предложил стратегам совершить диверсионную вылазку ночью и отравить сардукарам источники воды. Как рассказал тот же раб — перебежчик, воду они стараются брать из ручья, стекающего с гор в районе лагеря.
Ночью отряд ахайров протащил и утопил в этом ручье дохлую корову. Не знаю, увеличило ли это потери сардукаров, но штурма города так и не состоялось. Подозреваю, что им здорово поплохело.
Между тем, мне нужно было покинуть Спайсер уже в ближайшее время. Главная цель моего визита в эти места состояла не в том, чтобы наблюдать за обороной Спайсера. Меня в основном интересовала страна Ниланд, и возможная встреча с ее правительницей — Первой Леди, как ее называли канаки. Я знал, что ее выход из стасиса состоится в ближайшее время, и был готов к встрече. Из Спайсера я отправил личное послание на английском языке, которое должны были вручить ей сразу же после выхода из стасиса. Я был твердо намерен встретиться с ней и переговорить.
Переход на корабле занял 12 дней. Впервые я плыл по Южному морю без капсулы и цилиндра, находясь на открытой солнцу и ветру палубе транспортного корабля. Флагман Компании Южного моря — «Дромадер» — уже успел доставить меня в Спайсер, но это путешествие я провел в капсуле, а вот сейчас стоял на баке у рулевого весла.