В свое оправдание бес говорил, что черти могут вообще ничего не знать и к словам рубежницы стоит относиться со скепсисом. Согласен. Вот только если существовал хоть какой-нибудь шанс выручить мальчишку, по мне, им надо было пользоваться.

Еще Григорий говорил, что связываться с чертями — себя не уважать. С ними даже сама нечисть старается не вести дел. Объегорят и глазом не моргнут. Я про себя ответил, что в этом они невероятно похожи на бесов. Те тоже имеют довольно гибкую мораль и делают именно то, что выгодно им.

Хотя меня сильно интересовало, для чего Инга вообще сообщила про чертей? Хотела помочь или наоборот? Вдруг решила испытать, посмотреть, чего я стою и можно ли в будущем со мной вести дела? Ведь она рассчиталась серебром за приспешницу и теперь ничего не должна. А то, что стала замиренницей, так не значит, что будет бегать и за мной сопли подтирать.

Вопросов много, ответов нет. Типичная ситуация для меня в последнее время. А единственный источник информации сейчас всячески пытается убедить, что делал все для нашего же блага.

Дома я зашвырнул портсигар на диван. Бес обиженно буркнул, пулей выскочил наружу и залез за штору. Совсем как не очень сообразительный ребенок, который посчитал, что замечательно спрятался. Я же вытащил собственные деньги, доставшиеся от старухи, и подаренный Ингой кошель. А после высыпал все на диван. Получилась весьма увесистая горка.

Надо отметить, монеты различались. Такое ощущение, что отливали их в разных местах. Одни были крупнее, но тоньше, другие мелкие, но потолще. Последние мне дала Инга. И все без всяких опознавательных знаков: аверсов, реверсов. Просто металл, выполняющий четкие функции.

— Чухонцы делают крохотную деньгу, — комментировал бес из-за шторы, словно читая мои мысли. Интересно, как ему это удается? Ведь даже не выглянул. — Но ты не сомневайся, и те и другие — по четверти унции. Так уж повелось. Да ты, как рубежник, к лунному серебру и сам понимание имеешь.

Говорил он странно, хотя я догадался, о чем ведет речь Григорий. К примеру, я взял две разные монеты в руки и понял, что по весу они равны. Даже не понял, просто знал. Словно меня всю жизнь только тому и обучали. Интересно, почему именно у рубежников такая странная тяга к этому металлу? Или все из наших — магические клептоманы?

— Почему серебро называется лунным? — спросил я.

— Потому что необычное оно. — Штора распахнулась, и навстречу миру шагнул бес. — И добывается в специальных местах.

— Ага, на Луне, — съязвил я. — А на Землю его Незнайка возит.

— Не на Луне, — с честью ответил Григорий, продолжая поступательное движение к примирению. — Такое можно и в ритуалах, и в артефактах, да где хошь использовать. Вот, к слову, все знают, что для смерти вурдалака серебро надобно. Да не договаривают, что только лунное. Хотя, порой и того немного надо. Чтобы полностью клинок отлить — представляешь, сколько его потребуется? Потому приноровились на лезвие серебро лунное наносить.