— Как бы там ни было, благородная дейна, — продолжил Теодор легко, не отпуская руки Алисии, — нет на всём курсе никого, кто мог бы составить вам конкуренцию в теории потоков. Даже я порой теряюсь среди всех этих интегралов и формул. Вот если бы вы пожелали когда-нибудь объяснить мне некоторые тонкости… лично… я был бы бесконечно благодарен.

— Льстец вы, благородный дейн, — спокойно ответила Алисия и, чуть отстранив руку, сдержанно улыбнулась. — Кажется, вы прекрасно справляетесь без моих объяснений. Разве ваши успехи на практических испытаниях не говорят сами за себя?

— Успехи — лишь половина дела, — с лёгким смешком возразил Теодор. — Без вашей поддержки мне едва ли удалось бы уверенно занять первое место в чертогах Морау. Могу надеяться, что вы согласитесь присоединиться к моей группе по боевой подготовке? Я, конечно же, не посмею навязывать вам своё общество… но буду весьма рад.

Смех Алиссии звучал в этой тишине библиотеки особенно непринуждённо. Она чуть склонила голову, рыжие локоны упали на щёку.

— Если магистр допустит смешанные группы, — промолвила она с тонкой игривостью, — быть может, я рассмотрю ваше предложение, дейн Теодор.

— Договорились! — с торжествующей лёгкостью воскликнул он и наклонился к ней, понижая голос: — А если после занятий вы задумаете прогуляться по крышам факультета, буду весьма польщён…

— Не ловите меня на слове, благородный дейн, — ответила она с тем же вежливым весельем, — я не балуюсь прогулками по крышам с первого курса.

Лео сжал книгу так, что побелели костяшки пальцев. Всё происходящее перед ним казалось сценой из чужой жизни. Он вдруг понял, что их разговор — словно танец, наполненный светом и лёгкостью, где для него просто нет места. Казалось, всё в их речи, манерах, даже в том, как Теодор безупречно держит спину, а Алисия отвечает ему сверкающей улыбкой — это мир, куда вход для таких, как он, запрещён незримым, но непреодолимым барьером.

Все прежние ощущения — восторг от беседы с Алисией, надежда на какое-то особенное взаимопонимание, её участливые взгляды — сейчас казались Лео детской иллюзией. Он был для неё просто однокурсником из прошлого, хорошим мальчиком, может быть — не таким бесполезным в библиотеке. Для такого, как Теодор, она была очевидно потенциальной партнёршей — как на дуэли магов, так и на балу или деловой встрече. И где-то в глубине души Лео вдруг захотел быть на месте Теодора — легким, обаятельным, уверенным; способным на лету ухватывать любую шутку и вызывать такой же смех Алиссии, как сейчас.

— Ну что же, благодарю за компанию, дейна Алисия, — произнёс наконец Теодор, слегка поклонившись. — И… дейн Штилл, — он бросил мимолётный взгляд в сторону Лео, который тут же опустил глаза в книгу.