Впрочем, я и сам её проигнорировал, поскольку помимо Баюна встретить меня вышли поручик Желан и магистр Гай. Последний, такое впечатление, показной невозмутимости Беляны слегка даже расстроился. Именно он и начал разговор.

— Насколько помню, в прошлый раз я предельно ясно дал понять, что в усадьбе не требуется лекарь-недоучка!

— Здесь не частная практика! — ответил я словами капитана Мёртвой пехоты. — Направление выписано надлежащим образом, остальное никого волновать не должно.

Магистр надулся от возмущения, но до прямых оскорбления я не опустился, прицепиться к моим словам у него никакой возможности не было.

— Должно и волнует! — процедил поручик. — Я несу ответственность за безопасность магистра Среброгора, и мне решать, кто будет жить с ним под одной крышей!

Я кивнул.

— Как только мне сообщат, что мнение поручика черноводской морской пехоты стало иметь в этом городе хоть какой-то вес, я тотчас отсюда съеду. Незамедлительно!

И вот уже этот хлыщ, явно купивший офицерский патент на семейные денежки, оказался слишком самолюбив, чтобы проглотить столь непочтительный ответ, да ещё не с глазу на глаз, а в присутствии посторонних.

— Прикуси свой поганый язык, сопляк! — взорвался он. — Или я его тебе укорочу!

Поручик порывисто шагнул ко мне, но я чего-то подобного ожидал изначально, поэтому не испугался и не растерялся. Не встретил его прямым в челюсть, не дёрнулся даже.

— Угрозы младшему уряднику Мёртвой пехоты, находящемуся при исполнении служебных обязанностей, не останутся без последствий, — бесстрастно произнёс я. — Мы обязательно вернёмся к этому разговору сразу после того, как я сформирую ядро.

Будь на моём месте простец или адепт из числа тех, что сами по себе, я бы непременно отхватил стеком, но тут одно сошлось с другим, и офицеру черноводской морской пехоты пришлось ограничиться презрительной гримасой.

— Мечтай! — надменно бросил он и рук распускать не стал.

Да и не собирался так подставляться, наоборот — намеревался спровоцировать на необдуманные действия меня самого. Целое представление на пару с Гаем разыграл, да только не на того напал. Сам комедию ломать обучен.

— Судари! — улыбнулся я. — Общение с вами как бальзам для моей измученной души, но хотелось бы уже пройти к себе и переодеться к ужину.

Поручик улыбнулся уголком рта и предупредил:

— Сиди в своей дыре и носа оттуда не кажи. Понадобишься — позовут. А побеспокоишь мастера Среброгора или его людей — пожалеешь!

Этим инструктаж и ограничился. Повинуясь кивку Баюна, из бокового коридора вынырнул слуга, он проводил меня в одну из задних комнат. Эту спальню для слуг отвели под размещение морских пехотинцев — на одной койке валялся знакомый мешок, три других занимали головорезы из охраны усадьбы.