— Тьфу-тьфу-тьфу! — трижды сплюнул я и, пользуясь оказией, уточнил: — Вещички-то дворянчика забрали?
— Переслали куда-то в город. Не выяснял, — сказал Чеслав и нахмурился: — Так ты чего пришёл?
Я рассказал о поручении капитана, Чеслав с кислым видом меня оглядел и уточнил:
— Точно на лекаря первого класса сдашь?
Я неопределённо пожал плечами.
— Постараюсь.
— Ладно! — хлопнул ладонью по столу поручик. — По нынешним временам лекарь в дороге не помешает, так уж и быть — возьму тебя с собой. Только побрейся! Час у тебя на сборы.
— У меня ещё сослуживцу седмицу отпуска дали, — закинул я удочку. — Он адепт, как и я. Для него места не найдётся?
— Из пластунов, да? — уточнил Чеслав. — Поговорю с вашим ротным. Свободен!
Сразу возвращаться в штабной барак я не стал, и для начала наведался к цирюльнику, побрился и подстригся, а после долго-долго изучал отражение своей опухшей физиономии. От первого месяца службы мне достался густой загар, близкое знакомство с москитами наделило отметинами укусов, а вчерашняя работа с порчей обернулась дополнительной яркостью пурпура левой радужки, красным пятном начавшей шелушиться кожи и общей одутловатостью лица.
Красавец, да и только!
В кассе я получил всю причитающуюся сумму золотом, распихал монеты по карманам и отправился в штаб. Писарь к этому времени уже подготовил приказ, а капитан его подписал, вот только вручили мне отнюдь не распоряжение о предоставлении семидневного отпуска, а направление на стажировку к магистру Первоцвету.
— Ротного предупреди только, а то в дезертиры запишут, — сказал писарь, а когда я справился об адресе, по которому отправили пожитки убитого мной на дуэли дворянчика, промолчал, удивлённо подняв брови.
Я ничего выдумывать не стал и выложил на стол золотую пятёрку, этот аргумент заставил старого служаку порыться в бумагах и сообщить:
— Тегос, гостиница «Морской бриз». Получатель — мастер Стриж.
И что мне это дало? Вроде бы ничего, но как знать, как знать…
12−11
В расположение я вернулся на попутной телеге, там сразу отыскал ротного и протянул ему направление. Приготовился выслушать речь о пронырах, прыгающих через голову непосредственных командиров, но поручик поглядел в ответ вроде как с жалостью.
— Езжай! — махнул он рукой. — Хоть подлечишься.
Я как-то немного даже растерялся от такого поворота. Не так и паршиво моё отражение в зеркале цирюльника выглядело, чтобы на подобное снисхождение рассчитывать, а смотри ж ты!
Зато не преминул поворчать урядник Седмень.
— Вот же молодёжь пошла! — нахмурился он. — Пороха понюхать не успели, а уже отпуск им подавай!