По-другому Верховным Правителем не стать. Ему не нужно символическое место в Совете, где он ни на что не влияет. Деньги для Сомса — лишь инструмент. Чистая власть — вот что будоражит кровь и имеет ценность.
— Ладно, закончим с этим, — отмахнулся председатель. — Что там с разведкой нижних уровней? Нам поступил тревожный отчёт.
— Скопление Тёмных обнаружено во всех подконтрольных точках.
— Они же не могут дышать нашим воздухом, зачем им нарушать многовековой паритет?
— Я докладываю лишь то, что видели мои люди. Скопления жителей нижнего яруса достигло пика. Они разбивают лагеря прямо над туннелями.
— Ну, так закройте их к ящеровой матери! — взбрыкнул самый старый представитель Совета Шанталь. — Чего вы ждёте? Чтоб они нас тут сожрали? — брызгал он слюной.
— Успокойтесь, Ваше Светлейшество, барьеры не позволят им прорваться.
— Вы забываетесь, юноша, у нас тут столько этих дырок прямо под городом! Вы в своём уме? Мы живём на алхимической бомбе! Давно пора было их обвалить.
— Извините, но это технически невозможно, — терпеливо разъяснял сорокалетний «юноша». — Если мы обрушим хоть один свод, то город по принципу домино сложится и упадёт на кислотный уровень.
— Всё-то вы знаете, — вытер рот платком ворчащий дед. — В моё время никто не церемонился с бунтовщиками, просто раз — и рубили голову, а тут какие-то мальчишки…
Все понимающе переглянулись, но возражать не стали. Шанталю важно было выговориться, потрясти, так сказать, колокольчиками, и затем он опять впадал в старческую спячку.
— Думаю, мы должны разработать план атаки. Можно застать их врасплох и отогнать от входов, — последовало предложение, и прения возобновились.
Информация про Тёмных, кислотный уровень и много ещё о чём держалась в строжайшем секрете. Именно из-за этого должность Советников была пожизненной — никто не мог гарантировать молчание пенсионеров. Сомс получил недостающие пазлы Андервуда в своей мозаике и теперь знал, как ему действовать.
«Болтайте сколько влезет. Пока можете».
Ганс стоял на пороге собственного дома. Всё было на месте: привычные колонны, пахнущие деревом коридоры, прошедший мимо старый лакей, что любил его баловать искусно сделанными игрушками из хитина, ворсистый ковёр, поглощающий любой шум.
Раньше он любил бегать по нему босиком, так что пальчиками детской стопы чувствовал приятную мягкость. За ним, как правило, бегали няньки и ругались, что не пристало маленькому господину Хьюзу ходить босиком по дому, а он в ответ смеялся и убегал.
Естественно, служанка подыгрывала, и ребёнок в последний момент успевал оторваться.