— О чём речь, конечно, выделю, — ответил Платов, не раздумывая. — Здесь и более опытный курьер может спасовать. Да и вообще нужно за правило взять не меньше взвода курьерам выделять в сопровождение, а то и дублировать сообщения. Места дикие, всякое может произойти.

— И то верно, — и Ермолов вышел из кабинета, направляясь к себе, чтобы спокойно написать донесение и дать поручение Денису. Да распоряжение попросить дать не забыть, а то хоть и вырвал он Константина Павловича из лап местных хлебосольных князей, но чёткого приказа, что же делать дальше, так и не получил.

А делать что-то было нужно и как можно скорее, иначе увязнет Россия на Кавказе по самую маковку, да так, что детям их тоже достанется разгребать последствия. А этого Ермолову совершенно не хотелось бы допустить, особенно учитывая всех этих иностранных гостей, которые на воды целебные сюда косяками переть начали.

— Юрий Александрович, мне срочно нужно увидеться с Ильёй Афанасьевичем, — Крынкин уже полчаса довольно безуспешно пытался прорваться к Скворцову.

После покушения охрану ужесточили, и сейчас, чтобы попасть в приёмную императора, нужно было через имперскую канцелярию оформить запрос. После запрос попадал Скворцову, и тот уже назначал время аудиенции или решал вопрос сам, в зависимости от содержания запроса.

— Лев Фроймович, я всё понимаю, но… — Бобров стоял на пути Крынкина как монумент и не пропускал следователя, сумевшего уже пройти до дверей в приёмную.

— Речь и идёт о возможной угрозе жизни государя или жизни августейшей семьи! — не выдержав, повысил голос Крынкин. — Как вы не понимаете, что я не из праздного любопытства пытаюсь к господину Скворцову пройти? Тем более что я видел его величество по дороге сюда и прекрасно знаю, что Александр Павлович отсутствует!

Пока он говорил, заместитель начальника дворцовой охраны хмурился, а потом решительно кивнул на дверь приёмной, возле которой стояли двое гвардейцев.

— Пойдёмте, Лев Фроймович. Вы же не будете возражать, если я буду присутствовать? — и Бобров первым вошёл в приёмную.

— А я-то всё думал, кто там шумит, уже даже выйти хотел, чтобы разобраться, — заявил Скворцов, действительно поднявшийся из-за стола. Вошедшие Бобров с Крынкиным застигли его на полпути к двери. — Что-то случилось? Или вы с новостями, Лев Фроймович? — спросил Илья у Крынкина, чувствуя, как в груди поднимается беспокойство.

— Я хотел бы поговорить с вашей протеже, — без предисловий начал следователь. — И с её слугами.

— Зачем? — Илья нахмурился. — Вы думаете, что кто-то из них что-то видел?