Илья галантно поклонился и подал руку явно испуганной Васильевой. Она даже не предполагала, что станет своего рода катализатором в решении давно назревших вопросов. Даша колебалась недолго, ведь молодой человек, предложивший ей руку, был так мил, а улыбка у него была такая хорошая. Положив пальчики на протянутую руку, она поднялась, и Скворцов вывел её из кабинета.

Архаров задумчиво смотрел вслед уходящей паре. После того как дверь за ними закрылась, он повернулся к Ростопчину.

— Ты думаешь, что я не знаю, Фёдор Васильевич, что нужно и дежурства ночные здесь в управе организовывать? Что на участках дежурные должны ночью сидеть, вместе с пожарными Горголи? Что лучше для всех будет, если конные полицейские и днём и ночью улицы начнут объезжать, хотя бы в больших городах? Я всё это знаю! И даже этих дворников, прости, Господи, что за названия Александр Павлович придумывает, я вот прямо сейчас бы расставил на места. Но где я людей возьму, а? Может быть, ты поделишься? Только сдаётся мне, что ты мне, Фёдор Васильевич, только шиш без масла можешь предложить! — И Архаров сунул фигуру из трёх пальцев прямо под нос генерал-губернатору.

— Ты мне своими шишами не тычь! — Ростопчин повысил голос, отталкивая от себя руку Архарова. — Людей найти не проблема. Можно из крепостных здоровых мужиков тех же дворников наделать. Ты мне лучше скажи, обучать их кто будет? Те же дворники должны хотя бы грамоте уметь. Да считать, не без этого. И это только начало! — Ростопчин поднял вверх указательный палец.

Архарову нечего было ему ответить. Поэтому он прошёл по кабинету, сел за стол и хмуро кивнул Ростопчину.

— Садись, Фёдор Васильевич, думать будем. Потому что Скворцов не просто так с утра пораньше сюда прибежал. Это, конечно, не Сперанский, — при упоминании имени Михаила Михайловича Ростопчин скорчил гримасу, словно у него заболели все зубы сразу, и поднял глаза к потолку, а Архаров между тем продолжил, — но тоже может нам козью морду устроить. Так что думать давай, как выкручиваться будем. Я за Паленом на виселицу отправляться не хочу. А Макарову только повод дай, он тут же в нашем замешательстве заговор какой отыщет. Скажет, что это мы так специально придумали, чтобы реформу затормозить.

Ростопчин согласно кивнул и принялся усаживаться за столом рядом с Архаровым. Почему-то он не думал о поручениях Александра в таком ключе, но кто этого Макарова знает? И вроде бы нет ничего сверхъестественного в этих поручениях.

Ну, что, разве трудно было таблички повесить на дома, чтобы домовым книгам соответствовало? Нудно, да. Но не трудно. А дворники? Разве это сложно? Нет. Но он всю ночь не спал, думал, как это сделать, чтобы все нюансы учесть. Теперь же Архаров его Макаровым пугать вздумал.