— Представляю, — Илья внимательно слушал её, невольно хмурясь, когда она говорила о нездоровье императрицы. — Но проблему экипажа это не решает. К счастью, я знал, что вам назначена встреча на сегодняшний день, и его величество позволил мне разобраться с вашим затруднением. Идёмте, я отвезу вас домой.

Дарья только кивнула. Она даже не подозревала, что попала в такую ситуацию. По-хорошему, нужно было отказаться. Илья и так столько для неё сделал, что продолжать пользоваться его добротой Даша считала попросту неприличным. Но и представить себе, как будет пешком добираться до Москвы, она тоже не могла.

Как оказалось, Илья уже успел отдать приказ, чтобы приготовили экипаж, так что ждать практически не пришлось. Скворцов галантно помог Даше забраться внутрь, после чего запрыгнул в карету сам.

— Трогай, — коротко сказал он и захлопнул дверь.

В карете было холодно, никто ради какой-то непонятной Дарьи грелок сюда не натаскал. А Илья вроде не требовал к себе особого внимания. Так ведь понятно, сам не так давно из комнатных слуг в императорскую приёмную перебрался. То ли из-за холода, то ли из-за чего-то ещё, но разговор не клеился. Когда они уже въезжали в Москву, Даша потёрла руки, чтобы хоть немного согреться. Муфты у неё не было — её утащил вор, когда забрался к ней в дом, — а купить новую она не решилась, экономя каждую копейку.

— Дарья Ивановна, — очень тихо сказал Илья, накрывая её холодные руки своими. В отличие от неё, он не слишком замёрз, сказывалась привычка. Она распахнула глаза, но рук не отдёрнула, и тогда он поднёс их к губам и выдохнул, согревая своим дыханием.

— Илья Афанасьевич… — она не договорила, потому что в этот момент экипаж резко остановился и раздался крик возницы.

Дверь приоткрылась, и на них обрушилась целая какофония звуков. Ржание лошадей, крики, чьи-то зычные маты прозвучали совсем близко.

— Пожар, барин! — в карету заглянул возница. — Не проехать дальше. Всё молодцы Горголи перекрыли. Да ещё и с архаровцами. Только это, барин. Это же тот дом горит, куда мы ехали…

— Что? — Даша побледнела как полотно и бросилась из кареты.

Зацепившись за подножку, она упала. К счастью, экипаж остановился у большого сугроба, и она не пострадала. Вскочив на ноги, Даша бросилась прямо к оцеплению, никого не пропускавшему к объятому пламенем дому.

— Ну куда, барышня, и не думайте даже — не пущу, — добродушно пробасил один из пожарных, перехватив отчаянно вырывающуюся Дашу.

— Дарья Ивановна, жива, голубушка наша, — к ним подбежала горничная и старый слуга, отрывая Дашу от пожарного.