В состоянии победившего страх время на осознание, испуг и удивление просто не тратится — поэтому Никлас уже стрелял, отправляя пулю за пулей в голову ожившей культистке. Выстрелы прорывались сквозь звенящий ватный гул в ушах, терпко запахло жженным порохом. Голова восставшей из мертвых культистки стала похожа на растоптанный арбуз, Никлас не промахнулся ни разу. Но она так и шла вперед — медленно, ковыляя и расставив руки.

— Спинной мозг, сзади! — только сейчас понял Никлас, что кричала ему сквозь выстрелы Катрин. Он начал доставать запасной магазин — клапан кобуры как назло не желал отстегиваться.

— Сбей ее с ног! — громко, на грани визга, закричала Катрин.

Несколько скользящих шагов, подсечка, и восставшая из мертвых проводница — пока не обретшая плавность движений, упала ничком. Катрин уже была рядом, несколько раз — широко размахиваясь, всадив трофейный кинжал егеря в спину тут же обмякшей проводнице.

Отскочив от тела, она подняла глаза и увидела безумный взгляд Никласа. Он только махнул рукой, показывая уходить в сторону хвоста поезда, в сторону уцелевшего тамбура.

— Бегом-бегом-бегом! — почти не слыша себя, уже кричал Никлас.

Катрин обстановку оценила мгновенно и без лишних вопросов склонилась над не прекращавшей визжать проводницей. Ругаясь на немецком, она хлесткой пощечиной привела ее в чувство и потянула вверх, поднимая.

Вместе с плохо понимающей что происходит раненой проводницей Катрин выбежала из купе, Никлас — с Маршей в руках, двигался следом. Оглянувшись, он увидел, что слизь уже облепила проем разорванного тамбура. Темная масса заползала в вагон, была уже совсем близко. Больше не оборачиваясь, Никлас тяжело — с Маршей в руках, таща ее почти волоком, побежал в сторону уцелевшего тамбура, скорее прочь отсюда.

Катрин впереди уже пинками открывала двери межвагоного перехода, и едва оказавшись в следующем вагоне, натолкнулась на направленные на себя стволы оружия. Стрелять в нее сразу не стали — повезло, а может быть помогло что на ней почти висела раненая проводница. Двое бледных бойцов помогли, подхватили под руки бледную как снег девушку. Марша что-то пискнула — Никлас, постфактум, вспомнил что пока бежал, несколько раз приложил ее головой о стены коридора. Хорошо, что там мягкие переборки, травм не случилось — наоборот, купеческая дочь от такого небрежного отношения пришла в себя.

Никлас помог Марше встать ноги и толкнул в руки Катрин, не очень вежливо крикнув, чтобы уходили прочь отсюда как можно быстрее. Катрин в очередной раз не сплоховала, спрашивать ничего не стала, просто потащила Маршу за собой.