Никлас молчал. Моргнул несколько раз, пытаясь понять, правильно ли понял услышанное.
— То есть, он сейчас согласовывает встречное предложение для нас с самим Богом-Императором?
— Прямо с Богом вряд ли, но с Императором несомненно.
— А. Хм… — Никлас не удержался, затылок почесал. — А ты догадываешься, что это может быть за предложение?
— Он же сказал, что таких как мы в Империуме называют ведьмаки и ведьмы. Ты еще не понял?
— Так, подожди. Ты хочешь сказать, что он предложит нам… — теперь Никлас действительно понял. Еще один миф о Московской империи ожил совсем недавно у него буквально на глазах, а он даже этого и не заметил.
— Да, именно это я и хочу сказать. Ты готов?
— Готов ли я встать во главе одного из эскадронов, которыми во всем мире не детей, а взрослых пугают? Да при таком раскладе наши шансы развалить будки кайзеру, культу и всему твоему Новому Рейху увеличиваются многократно, как я могу быть к такому не готов?
— Изначально в твоем подчинении будет только небольшая группа, и вообще…
— Да какая разница, главное начать. Ты сама-то готова?
— Куда ты, туда и я.
— Даже так?
— Ты сам этого еще не понял? К тому же у нас и выбора нет — это предложение, от которого не отказываются.
— Ясно. Есть одна вещь, которую мы еще на берегу забыли обсудить.
— Какая?
— Не забывай, я не в университетах учился, в Танжере. Если нужно кого-то убить, мне нужно просто на него показать. В остальных случаях желательно проговаривать все важные вещи вслух, а не показывать многозначительными взглядами. Ферштейн?
— Я все поняла. Прости, подобного больше не повторится.
Никлас смотрел на Катрин и думал, что пока совершенно не умеет читать людей. Вот искренне она сейчас извиняется, или это просто реакция дабы сгладить ситуацию?
— Хорошо. Пойдем, нас ждут великие дела.
— П-приехали, — произнес инспектор Горчаков, который стоял у окна и наблюдал за улицей чуть отодвинув плотную портьеру.
Сергей Сергеевич на слова инспектора даже ухом не повел — статский советник так и продолжил сидеть с развернутой газетой за низким столиком в углу просторной гостиной. Зато сразу оживились другие люди.
В номере — соседнем с люксом, куда вчера заселили Никласа Бергера с «сопровождающими девицами», сейчас находилось несколько специалистов, установивших и настроивших аппаратуру слежения. И они уже активно оживляли аппаратуру — загорались мониторы, звучали слова проверки микрофонов.
На часах было без пяти минут девять утра. Из Троеградья купец первой гильдии Роберт Юревич выехал еще вчера вечером, ночь провел в дороге и остановившись на пару часов в придорожной гостинице на въезде в Белосток, только что прибыл в гостиницу «Империал». На одном из мониторов Никлас уже наблюдал, как четыре машины кортежа Юревича остановились у главного входа. Захлопали двери — даже отсюда слышно сквозь приоткрытое окно.