— Да, условия поменялись, — голос Катрин заметно подрагивал. Девушка, перед нависающим над ней огромным Юревичем выглядела миниатюрной, было заметно что сохраняет спокойствие она с трудом.

— О да, условия поменялись! — снова расхохотался в лицо Юревич.

— Ваша дочь сейчас находится с моими людьми, и если…

— А она не моя! Это дочь моей третьей жены, я комплектом брал. Сюрприз?

Для Катрин, судя по виду, сказанное действительно оказалось сюрпризом. Стоящий напротив нее купец это заметил, его и так широкое лицо расплылось в улыбке.

— А теперь я дам тебе пару минут. Хорошо подумай, что именно ты еще мне можешь предложить, — на слове «еще» Юревич сделал особое ударение. После откинулся обратно на спинку стула и замолчал, заметно наслаждаясь выражением лица Катрин.

Никлас обернулся, глянув на Маршу. Информация оказалась сюрпризом и для нее — девушка стояла с приоткрытым ртом, только начиная осознавать неприятную правду.

— Довольно долгое время уже ходят устойчивые слухи, что купец первой гильдии Роберт Юревич известен своими не вполне обычными наклонностями, — вдруг заговорил Сергей Сергеевич, так и не отрываясь от газеты. — Леди Марша, вы не первая, кто воспитывается им как часть семьи с очень малых лет для удовлетворения собственных плотских желаний, не принятых к афишированию в обществе. Вам просто повезло этого не узнать, потому что на вас положил глаз Дитрих Брандербергер и уготованной участи вы избежали. И как я понимаю, мы сейчас наблюдаем отзвуки схватки жабы и гадюки — Юревич отдавал вас как свою родную дочь, но отсутствие кровного родства было его козырем в рукаве. Так что, явись вдруг ваше тело с другой душой в Троеградье, — посмотрел Сергей Сергеевич на Никласа. — Далеко не факт, что у Брандербергера получилось бы задуманное. Возможно, ему и не удалось бы получить контроль над Торговым Домом Юревича. Это мы удачно зашли, да, Андрей Борисович? — обернулся вдруг статский советник к Горчакову.

— П-положительно так, Сергей Сергеевич.

Марша в этот момент охнула, сделала шаг вперед и оперлась на край стола. Но все равно не удержалась и мягко сползала на пол, ноги ей отказали. В динамиках вновь раздался шум — пары минут еще не прошло, но видимо Юревичу надоело ждать предложений от Катрин, которые она не торопилась высказывать.

— Твой дед держал меня за яйца, вот так! — и так громкий раскатистый голос Юревича усилился, он почти кричал. Даже здесь это прозвучало громко, так что только что пытающаяся подняться на ноги Марша испугалась и даже отшатнулась от стола. Упала бы, если бы не поймавший ее Горчаков.