— Могу узнать.

— Узнай, — кивнул сосед и вдруг спросил: — Ты с Зиной мириться собираешься?

— Я-то собираюсь, это она к телефону не подходит.

— Ты не звони, а зайди. Вот прямо сейчас и зайди, пока моя Софочка в гостях. Она сегодня стратегическую ошибку совершила, пользуйся моментом.

Я поднялся из-за стола и уточнил:

— Что за ошибка?

— А она Зинке свои слова о том, что у вас ничего не получится, напомнила. Нашей-то, которая упрямством в маменьку уродилась!

Сложилось впечатление, что сосед просто хочет перевести разговор на другую тему, но это подозрение меня нисколько не смутило. Быстро смолотил картошку, встал сполоснуть тарелку.

— Читал, что пишут? — поинтересовался тут дядька, постучав пальцем по выложенной на стол газете. — Падение курса рубля обесценивает реформы Гайдара! То есть, пока цены в небо уносились — всё нормально было, а как доллар подорожал, так это уже катастрофа вселенских масштабов.

— Катастрофа и есть, — подтвердил Борис Ефимович. — Мы же теперь всё из-за бугра везём, упал курс — вырастут цены.

— И без того росли.

— Ещё сильнее вырастут!

Дальше я слушать не стал, обулся и вышел за дверь. Спустился этажом ниже, позвонил в дверь квартиры Марченко.

Открыла Зинка.

— Серёжа? — удивилась она, но протянутую руку всё же приняла и позволила вытянуть себя в подъезд. — И чего ты пришёл?

Я мог назвать десяток веских причин и даже прихватить с собой книгу или кассету, но ничего выдумывать не стал, просто обнял девчонку и сказал:

— Соскучился.

— Только сейчас?

— Сразу соскучился, но дел невпроворот было, а ты к телефону не подходила.

— А я на тебя обиделась! — Зинка упёрлась в грудь руками, слегка отодвинулась и заглянула в глаза. — И до сих пор не простила! Напился и день рождения мне испортил!

— Да прям испортил…

— А нет, что ли? Драться обязательно было?

Я вздохнул.

— Не обязательно.

— Я всё распланировала, думала к тебе после кафе зайти. Как дура, бельё кружевное надела…

Вот тут уж я не выдержал и фыркнул:

— Да что ты заливаешь? Откуда у тебя кружевное бельё?

— Ксюша подарила! Передарила, то есть. Ей Серёжа два разных комплекта купил, боялся с размером не угадать. Один мне подошёл. — Зинка горделиво улыбнулась. — Тот, что больше!

Я попытался её поцеловать, но девчонка отдёрнула голову.

— Нет, Серёжа! Я тебя ещё не простила!

Я потёрся щекой о её щёку и спросил:

— А сейчас?

— Дурак! — фыркнула Зинка и перестала упираться руками, прижалась и вздохнула. — Я тоже скучала.

Моя ладонь сама собой скользнула под полу куцего домашнего халатика и легла на тёплое бедро, но только двинулась вверх по нему, девчонка отпрянула и округлила глаза.