Да, пришлось скинуть майку и повязать вокруг лица, но это лучше, чем кашлять и задыхаться от дыма. Големы всё также пытались меня поймать, а я всё также прыгал и ускользал, заставляя этих чурбанов поджигать всё вокруг.

Я видел сквозь дымку, а вот настоятельнице было трудновато. Её бумеранги уже несколько раз проехались по горящим големам, выбивая из тел горящие куски и добавляя радости полю битвы. Дыма, огня, шуршания и ударов стало больше. Как оказалось, эти создания тоже не особо хорошо ориентируются в дыму, постепенно переходя из воздушных големов в огненные.

А уже огненный голем — это не просто куча горящих дров, которые взяли и ожили. Нет, это не просто костёр вдруг встал и решил, что он — самый горячий парень в округе. Они бродили по церкви, оставляя за собой след из искр и угольков, словно звёзды, которые решили устроить пикник прямо на земле.

Каждый шаг огненного голема сопровождался треском и шипением, как будто он постоянно находится в центре внимания на шоу талантов для элементалей. Его руки — это как два гигантских пылающих факелы, готовые зажечь танцпол… или сжечь деревню, если он в плохом настроении.

А големы были в плохом настроении — им никак не удавалось поймать верткого ведьмака!

Я же развлекался недолго. Уже скоро начал понимать, что эти сволочи сгорят гораздо позже того, как я задохнусь. После этого пришлось пойти на хитрость…

Ударами, прыжками, моментальными проявлениями и пропаданиями, я всё-таки заставил этих тупых существ двинуться в нужную мне сторону. И так уж совпало, что в этой стороне пыталась что-то высмотреть настоятельница. Иногда швыряла в густой дым воздушные снаряды, старясь наугад поразить неудобного меня.

— Ты где, долбанный ведьмак? — взвизгнула она, когда её очередной снаряд поразил не мою тушку, а тело пылающего голема.

— Туточки я, разлюбезная Гражина! — гаркнул я над её ухом и тут же перекатом ушел в сторону, когда она метнула в это место свой снаряд. — Промахнулась! Целься лучше!

— Ах ты, курва! — выкрикнула она, метая новый бумеранг.

— От курвы слышу! — проорал я, выныривая из дыма с другой стороны.

Своё появление я сопроводил звучным шлепком по женской заднице. Шлепок получился звучным. Как говорил мой учитель Велизар: «По натянутой — не грех!»

Новый выстрел и новый уход. Я играл с ней, как кот играет с мышью, забавляясь и развлекаясь. Но не давая ей шанса ударить по мне своими выстрелами. Вот только этого не хватало.

Нет! Мои выкрики, мои проходы и отходы имели совсем другую цель. И эта цель свершилась, когда мощная горящая лапища ударила Гражину по башке в очередной раз, когда я выкрикнул очередную глупость ей на ухо!