Я сам был мечом, вот только требовалось немного заточиться.

Позвал Кузьму. Призрак тут же отозвался на призыв, проявившись в дуновении ветра на правом ухе.

— Чего звал, барин? — спросил призрак.

— Чего видел? Где Петька? — спросил я напрямик.

— Как где? Он же на площади был, — последовал ответ. — Я с тобой рядом был, а потом полетел в сторону церкви и… Куда он мог подеваться-то? Я же был устремлён, я же…

— То есть, ты не видел?

— Нет, не видел, барин, — виновато проговорил призрак.

— Тогда вперёд, в церковь. Будешь моими глазами, если что-то не так, то дашь сигнал.

— Будет исполнено, барин! — скользнуло по ушам.

Я же подошел к массивным дверям в церковь. Следы вели сюда. Вздохнул пару раз, выдохнул, разгоняя кровь по венам и убыстряя реакцию. Всё, я готов.

Двери скрипнули, открываясь. Изнутри пахнуло ладаном и запахом горящих свеч. Среди этих ароматов проскользнули металлические нотки свежей крови.

Уж чего-чего, а этот запах мне был знаком, как нельзя лучше. И не скажу, что этот запах мне очень нравился…

Я вошел в церковь, тут же заморгал, чтобы зрение привыкло к полумраку. Внутри было достаточно просторно, но света всё же не хватало. Скамьи для прихожан выстроились по две стороны от прохода. Белые колонны, раскрашенные позолотой, уходили к сводам, которые тоже были богато раскрашены картинами из жизни святых. Свечи, иконы, запах ладана.

Всё это я окинул одним взглядом и занюхал одним нюхом. В следующий миг моё внимание было приковано к стоящей возле алтаря женщине. Черная ткань рясы скрывала фигуру, как бумажный пакет прятал бутылку пива у распивающего на улице прохожего. Не угадать — фигуристая настоятельница или так себе?

Черный же клобук прятал волосы и был надвинут почти на брови. Впрочем, бросив взгляд на открытое лицо женщины, я мог предположить, что ей не больше сорока. А может и тридцать, с маленьким хвостиком.

Она смотрела на меня с легкой улыбкой, словно ожидала меня тут давным-давно. Я аккуратно закрыл за собой дверь. На всякий случай запечатал небольшим знаком запора — теперь минут пять никто через этот вход не сможет войти.

И не сможет выйти!

— Добрый день, многоуважаемый пан, — ясным грудным голосом произнесла женщина. — Чему наша церковь обязана вашим посещением в этот день?

— Здравствуйте, — на всякий случай поздоровался как можно вежливее. — Я тут ищу мальчика лет девяти-десяти, а с ним одну надоедливую и противную пикси. Вы случайно не видели их?

Про пикси сказано было неслучайно — если Чопля где-то рядом и слышит меня, то совершенно точно не сможет удержаться от возмущенного вопля.