Я не нашлась, что сказать. Просто потянулась и снова обняла Лизу, на этот раз крепко, понимающе. Мы стояли так, две девушки, прошедшие через разные круги ада и нашедшие спасение в самых неожиданных местах и в самых неожиданных людях.
— Спасибо, что рассказала, — прошептала я.
— Спасибо, что спросила. Иногда… полезно кому-то высказаться. Действительно становится легче.
Лиза кивнула мне, затем — Кассиану, и повернулась к Госеру. Тот протянул ей руку, и их пальцы сплелись в едином, уверенном движении. Без лишних слов они развернулись и скрылись в темноте леса, на тропинку, что, как говорила Лиза, вела к старой научной заставе, их временному убежищу.
Мы с Кассианом еще немного постояли в наступающих сумерках, слушая, как далекий крик незнакомой птицы прорезал влажный воздух.
— Ну что, помощница, — наконец сказал он, и его голос прозвучал неожиданно мягко в тишине. — Пора и нам. У нас своя охота.
Я посмотрела на него, на его профиль, освещенный последним алым отсветом заката. Да, пора. От истории спасения мы возвращались к нашей истории выживания. И следующей точкой на карте был «Улей» на спутнике Хель. Место, из которого одна девушка чудом вырвалась, и куда мы теперь добровольно направлялись, чтобы вскрыть этот гнойник.
— Летим, — сказала я и пошла к трапу «Скитальца». Он последовал за мной, его шаги были беззвучными на мягком мху. Дверь шлюза закрылась за нами, отсекая мирный шепот оралийского леса. Впереди был только холодный мрак космоса и тихая, зловещая скала по имени Хель.
Тихий гул двигателей, ровный и убаюкивающий, сменил оглушительную тишину космоса после прыжка. Звёзды за иллюминатором снова стали неподвижными точками, а огромный зелёно-голубой шар Оралии медленно уплывал в сторону, превращаясь в ещё одну светящуюся точку в бескрайнем бархате.
Я повернулась к Кассиану, ожидая увидеть его сгорбленным над консолью, с тем знакомым огнём аналитической ярости в глазах. Теперь, когда координаты были у нас, логично было начать строить план штурма немедленно, не теряя ни минуты.
Но он сидел в своём кресле, откинувшись на спинку, и смотрел не на экраны, а в тёмную бездну, где таял последний отсвет далёкой планеты-сада. Его лицо было спокойным, почти умиротворённым.
— Эйя, — его голос прозвучал тихо, но чётко, нарушая моё недоумение. — Полный автопилот. Стандартный патрульный курс к границе системы. Буди, если что-то крупнее метеорита появится на горизонте.
— Ох, скукотища-то какая! — тут же заныла ИИ, но в её тоне сквозило скорее игривое недовольство, чем протест. — Опять я нянька для двух любовничков, пока они… чем там вы обычно занимаетесь? Считаете звёзды? Целуетесь? Спорите, кто лучше управляет кораблём? Подсказка: это я.