— Архонт может дать разрешение только на тех, кто принадлежит его расе, — отрезал Элитон, и в его голосе впервые мелькнула сталь. — А вы судите девушку-землянку. Что само по себе уже наказуемо. И мне не всё равно на такое нарушение.
Судьи зашевелились, зашушукались. Кто-то пытался возражать, кто-то согласно кивал, кто-то просто растерянно оглядывался.
— Но нам нужно разобраться! — наконец выкрикнул самый настойчивый из них.
— Ну так продолжайте, — Элитон развёл руками, и на его губах снова появилась та тонкая, неуловимая улыбка. — Для начала разберитесь. А потом уже и обвиняйте.
Он вернулся на своё место. Трое снова сидели в ряд, наблюдая за происходящим с каменными лицами.
А в зале начался хаос.
Судьи переговаривались, спорили, кто-то повышал голос, кто-то отчаянно жестикулировал. Прошло, наверное, минут десять, прежде чем председатель сумел восстановить порядок и провести голосование.
Итог был... неожиданным.
Судьи, нехотя, скрепя сердце, согласились: на данный момент мы не являемся обвиняемыми. Но — и это «но» висело в воздухе тяжёлым грузом — мы остаёмся под подозрением. Нас доставят на Аворантскую родную планету. И покидать её до полного выяснения обстоятельств мы не имеем права.
Я слушала это и не верила своим ушам.
Почему? Почему они, наши враги помогли нам? Неужели тот ИИ сказал им подсобить? Его настолько заинтересовала Эйя, что ему стало невыгодно, чтобы нас посадили? Или у них были какие-то другие причины?
Вопросов было много. Ответов — ни одного. Но единственное, что я понимала чётко: помогли они не просто по доброте душевной. У них был свой интерес. И этот интерес, скорее всего, не сулил нам ничего хорошего.
Кассиан рядом со мной молчал. Его лицо было непроницаемым, но я чувствовала, как он напряжён. Он тоже понимал: что-то здесь не так. Что-то большое, опасное, скрытое от наших глаз.
Но сейчас, в этот момент, мы были свободны. Не за решёткой. Не в камере. Под подозрением, да, но на свободе.
Я перевела взгляд на троих. Они сидели, не глядя в нашу сторону. Элитон рассматривал свои идеальные ногти. «Архитектор» уставился в одну точку на стене. «Кузнец» просто закрыл глаза, откинувшись на спинку кресла.
Их лица ничего не выражали. Но я знала. Знала, что это не конец. Это только начало чего-то нового. Чего-то, где мы снова окажемся пешками в чужой игре.
Не думала я, что когда-нибудь в своей жизни смогу оказаться на родной планете аворанцев. На Ролайре. Да ещё и в особняке ледяного демона.
Да уж, моя жизнь действительно сильно изменилась.
Нам сказали, что мы можем в пределах планеты делать всё, что захотим, но пока разбирательство касаемо «Элейра» не решится, планету покидать нельзя. И также предупредили меня, чтобы особо не светилась — землян здесь не очень жалуют, так как официально война ещё идёт, и стороны ни к чему не пришли. Я, конечно же, была с этим только согласна. Не хотелось погибнуть от руки какого-нибудь ультрапатриота.