— Ну ты козлина, конечно! — отец даёт мне подзатыльника, отчего моя башка мотнулась.

Я не протестую, понимая, что реально козлина. Не я, конечно, а Толян, но сейчас я за него, так что всё по делу, и это ещё мягко для отца.

— Чё за парни, ты говоришь? — зло спросил батя.

Я как могу описываю их и говорю, где их найти можно днем, а также предупреждаю об уголовном прошлом одного из них.

— Он, говорят, в авторитете, — заканчиваю описание я.

— Знаю я этого Слона, не лично, конечно, а через его мамашу, та ещё блядь, — задумчиво говорит отец и тут-же спохватывается: — Она в ЛТП сейчас сидит, да и не было ничего с ней у меня.

— Это ты меня сейчас успокаиваешь, что Слон мне не брат? — подколол батю я, что довольно рискованно — морда у него по-прежнему красная от злости.

— Да и не в авторитет он, вышел по УДО раз. Активист, скорее всего, — не обращает внимания он.

— А что такое ЛТП? — задаю вопрос я, так как реально не помню расшифровку.

— Лечебно-трудовой профилакторий, от алкоголя там отдыхают, — отмахнулся отец.

— Профилакторий? Так может тебя… — предложил я и осекся, увидев материализовавшийся телепортом кулак перед своей мордой.

— Не вздумай, тюрьма эта та же, — сказал он и добавил: — Молодец, что ко мне пришёл, а не сам решал дела, раньше только надо было. Решу я эту проблему сегодня, щас тока предупрежу кое-кого.

— Батя, не убей Слона этого только, — реально струхнул я, увидев, как решительно тот отправился переодеваться.

— Пальцем не трону, — улыбнулся своей улыбкой акулы-людоеда отец, не иначе чего задумав.

Через несколько минут отец отобрал у меня мопед и, крикнув какому-то Сане, что телка завтра забивать будет, и пусть потерпят, уехал. Делать нечего, иду пешком назад, срывая от нечего делать цветы. Пока дошёл до дома набрался целый букет. Кое-какие я по даче знаю из прошлой жизни, бархатцы или вот эти — катарантус. Цветут всё лето.

Дошёл до дома и, зайдя в калитку, сразу подвергся допросу бабули.

— А мопед где?

— Дал покататься, — вру я, не желая рассказывать про наши с отцом мужские дела, и тут же, чтобы сменить тему, вручаю букет бабушке и шучу: — Это тебе! Подарок на день рожденья.

— Большой ты какой стал! Спасибо! Надо же, в первый раз не забыл про мой день рожденья. Взрослеешь, что ли, а Толя? — бормочет старушка, разглядывая цветы.

Я офигеваю. Это чего, у бабушки сегодня именины? Шутит? Но видя, как налились слёзы на её морщинистых глазах, как она села на скамейку во дворе и замолчала, я понял, что так оно и есть. Толян, мало того, что козлина был, так ещё и свинтус приличный — дни рождения родных не помнил! Я вот, роясь в своей памяти, и не знал, когда у отца днюха. Но поперло же! А я ещё думал, чего она на кухне с утра возится?