— Ясно, — вздохнул я. — Опять с начала?

— С самого, — кивнул Ньютон. — А чтобы подстегнуть твою память — но не фантазию — будет тебе от меня небольшой, но приятный и полезный подарок. Договорились?

— Договорились, — уже с куда большей охотой кивнул я, усаживаясь ровнее…

Я уложился в десять минут и замолк. Булл Ньютон, выслушав меня с предельным молчаливым вниманием, пару раз наморщил и расслабил лоб — уже не раз подмечал за ним эту характерную черту — и задал мне несколько удивительных вопросов. Вот уж действительно — Охранка не умеет задавать правильных вопросов.

Ньютон спросил следующее:

— Подвешенный за ноги Нурлан свисал по центру прохода или ближе к какой-нибудь стене?

— Ближе? А тварь, да я помню, что ты ее не разглядел, прошла с какой стороны? Там, где пространство между подвешенным телом и стеной уже или шире?

— Ага… Хорошо…

— А вот ты упоминал, что слышал шлепки влажных ударов. Будто тварь лезла по уже мертвому телу вверх — к веревке. И сколько таких ударов было?

— Ага… хорошо… Там ведь тихо было, да? Никто не рычал, не выл… Плюс там воды немало на полу. Получается, ты не мог не слышать плеск, правильно? Ведь монстр не летел, а бежал. Вспомни про плеск…

Выслушав меня, он покивал, поморщил лоб и задал следующий вопрос:

— Как именно тварь перерезала горло Нурлану? Одним быстрым скользящим ударом? Или скорее воткнула ему что-то в шею и рванула, разрывая плоть? Да понимаю, что ты не видел, ведь его налобный фонарь светил в другую сторону, а твой фонарь уже умирал. Но самого Нурлана ты еще видел? Видел. Во время удара как себя вело его тело? Осталось неподвижным и просто хлынула кровь? Или сильно и резко дернулось в сторону в нижней части? А может были мелкие подергивания? Не напрягайся, Амос. Просто окажись снова на краю той ямы…

И ведь подействовало. Без всякого напряжения я будто вернулся во времени назад и снова очутился в темном вонючем путепроводе. Снова увидел умирающего Нурлана…

Булл задал еще несколько вопросов и получил мой удивительно подробный ответ на каждый из них. За это время я успел съесть яичницу и выпить чуть позднее заказанный томатный сок. Последний кофе я неспешно цедил следующие пять минут, пока сидящий напротив старик пребывал в глубокой задумчивости, изредка что-то листая в своей электронной книге. Вскоре он переключился на вытащенный из поясной сумки тонкий планшет с ярким цветным экраном, что вызвало у меня очередной приступ острой зависти. Чтобы прекратить пускать завистливые слюни на чужое счастье, я решил переключиться и самостоятельно подумать над собственными же ответами. Ведь многое прояснилось внезапно…