— Суд принял во внимание сказанное, — произнес жрец, тщательно изучив мою подорожную. — Суд установил, что Эпона из Герговии является женой присутствующего здесь Бренна из Бибракты и по законам Вечной Автократории, и по законам кельтов. Эти законы суду известны. Твои же притязания, Доримах, суд отвергает. Эта женщина не жена тебе ни по одному из обычаев. Если бы ты взял Эпону из Герговии в постель после заключения соглашения с ее отцом и сделал своей наложницей, тогда у тебя было бы право применять к ней силу. Но поскольку ты так не поступил, то теперь она свободная, замужняя женщина, которая вправе защищать свою честь любым доступным ей способом.

— Да как же! — купец хватал ртом воздух, как выброшенная на берег рыба.

— Повторное неуважение к суду, — проскрипел судья. — Восемь драхм штрафа. Секретарь, занеси в протокол.

— Теперь ты! — судья повернулся в мою сторону. — Твой нож покинул ножны?

— Нет, ваша беспристрастность, — ответил я.

— Почему ты его не достал? Ведь твоей жене угрожала опасность.

— Не угрожала, ваша беспристрастность, — ответил я. — Я бы и так справился. А эти люди не виноваты, им приказали. Я не хотел их убивать. Стража может подтвердить.

— Ты это подтверждаешь, десятник? — спросил судья, и стражник нехотя кивнул. На его физиономии написано разочарование, но врать в этих стенах ему и в голову не приходит. Он уже словил когнитивный диссонанс, когда понял, что мы приехали к меняле на карете с гербом, и теперь откровенно нервничал.

— Тогда суд снимает с Бренна из Бибракты обвинения в нанесении увечий, ибо нанесены они были с целью самозащиты и с сохранением присутствия духа, столь необычного для варвара. Ты будешь предъявлять обвинения слугам купца Доримаха?

— Нет, ваша беспристрастность, — ответил я. — Я сожалею о том, что случилось. Они славные ребята, и не виноваты в том, что служат этому человеку.

— Воистину, я слышу сегодня удивительные вещи, — вымолвил судья после раздумья.

И секретарь, и стражники, и сами слуги, и даже Эпона смотрели на меня как-то странно. В их глазах стоит смесь удивления, радости и страха. А вдруг дурной кельт еще что-нибудь отчебучит. Младенца съест, например. Они бы тогда меньше удивились.

— Суд принял решение, — произнес жрец. — Именем Великого Судьи, Калхаса Беспристрастного, купец Доримах признан виновным в нападении на свободную женщину, в попытке незаконного лишения свободы свободной женщины и в оговоре, так как попытался выставить содеянное в искаженном свете. Принимая во внимание, что присутствующие здесь Эпона и Бренн не являются гражданами Вечной Автократории, то ты, Доримах, приговариваешься к уплате одного статера и семи драхм штрафа в казну храма и к такой же вире в адрес означенной Эпоны. Также ты обязан заплатить десять драхм штрафа за неуважение к суду. Со служащих купца Доримаха обвинения сняты ввиду отказа пострадавшей стороны. Все свободны. Славьте Великого судью и справедливость его установлений!