— Потому что я не понимала, что происходит, — сказала она. — И потому что... все смотрели на меня.
— Нет, — произнес Мигель мягко. — Это не то.
Айви резко подняла голову.
Он по-прежнему стоял сложив руки за спиной, и говорил без малейшей грубости. Но что-то в этой тихой уверенности царапнуло ее изнутри.
— Простите? — холодно переспросила она.
— Вы боитесь не толпы, госпожа Шторм, — сказал он. — И не гнева Храма. Вчера в храме вас напугало нечто другое. Я пытаюсь понять, что именно.
Айви уставилась на него. Кир наконец отлепился от двери.
— Довольно, — сказал он негромко. — Она устала. И не обязана отвечать на допрос, который не сумел закончить даже Король.
Мигель повернул голову.
Впервые с той минуты, как вошел в комнату, он посмотрел на Кира.
Айви не поняла, что именно изменилось. Лицо жреца осталось бесстрастным. Но в комнате словно стало меньше воздуха.
— Я не допрашиваю ее, — сказал Мигель. — Я пытаюсь понять, не нужна ли ей помощь.
— Помощь ей окажут без тебя.
— Не сомневаюсь, — кивнул жрец. — Ты, Кирсан, всегда был удивительно самоуверен в вопросах, которые не понимаешь до конца.
Тишина ударила в стены. Айви перевела взгляд с одного на другого.
Кир улыбнулся.
Это была очень нехорошая улыбка: красивая и пустая.
— А вы всегда приходили туда, куда вас не звали.
— Меня звали, — возразил Мигель. — Просто не ты, Кир. К сожалению, не ты, мой мальчик.
Айви резко встала.
— Так. Нет. Хватит. Может, кто-нибудь из вас наконец объяснит, что происходит?
Оба повернулись к ней почти одновременно.
На лице Кира мелькнуло что-то похожее на досаду. На лице Мигеля — ничего.
— Правда, госпожа Шторм, иногда убивает быстрее лжи, — произнес он все тем же спокойным голосом. — Позвольте мне украсть у Кирсана несколько минут. Боюсь, у нас с ним накопилось слишком много невысказанного.
Айви посмотрела на одного, потом на другого. Она задрала нос и облизала губы. Кир мгновенно почувствовал, как сила забурлила вокруг них. Он попытался воззвать к собственным способностям, но почувствовал себя скованным по рукам и ногам.
Знакомая беспомощность в присутствии Старших.
Зато Айви действовала. Она собралась с духом и вложила в голос все, что могла собрать после бессонной ночи и изнуряющего допроса.
- Кто вы? Отвечайте, - потребовала она у жреца.
Но прежде, чем ее звонкий голос разрезал комнату, Мигель сложил руки на груди крестом. Приказ Айви врезался в щит и разлетелся вдребезги. Жрец потянул к ней руку. Айви окаменела.
Кир рванул к ней, чтобы закрыть собой, но Мигель уже коснулся лба хористки большим пальцем.
Глаза Айви медленно закрылись. Она обмякла в руках Кира, теряя сознание.