Она сделала знак слугам ждать ее чуть в стороне, сама же направилась к собору.

Я хотел рассчитать все так, чтобы перехватить ее по дороге, но внезапно заметил Пикару, который еще с тремя гвардейцами наискось пересекал площадь. Попадаться ему на глаза я не желал, поэтому спрятался за одной из карет, из которой как раз, громко дыша, выбирался толстяк в богато украшенных одеждах. Пот градом тек по его утомленному жизнью, пресыщенному лицу. Трое слуг суетливо пытались помочь, но скорее мешали друг другу, а толстяку лень было даже прикрикнуть на них, настолько ему было тяжело.

Пикара и гвардейцы ушли в сторону моста Нотр-Дам, но время я упустил. Незнакомка уже подошла к собору и зашла внутрь. Теперь придется ждать окончания мессы, прежде чем я смогу совершить вторую попытку заговорить с ней, а это не меньше часа.

Можно, конечно, зайти в собор, послушать службу и понаблюдать издали за девушкой, но как только я представил себе, что придется целый час торчать в душном зале, слушая песнопения и обязательную проповедь, тут же передумал. Лучше подожду ее снаружи, и в этот раз уже постараюсь не оплошать.

К слугам незнакомки я подходить не стал, все равно ничего из них не вытянуть, да и не с руки дворянину, пытающемуся добиться расположения дамы, начинать дело с подкупа ее людей. Хотя, наверняка, они могли бы рассказать много интересного, и не только назвать имя девушки, но и поведать за скромное вознаграждение многочисленные подробности о ее жизни. Жаль, что рядом сейчас нет Перпонше, вот его бы я точно отправил в разведку.

А не прогуляться ли мне в ближайший кабак, да не переждать ли там этот час?

Я уже собрался было так и сделать, когда внезапно заметил еще одно знакомое лицо. Граф Рошфор, прикрытый плащом и в широкополой шляпе, почти скрывавшей лицо, вышел из-за угла собора и быстрым шагом достиг входа.

Любопытно! Этому-то что здесь надо?

И практически сразу к собору подъехал кортеж, состоящий из богато украшенной золотом кареты, место которой было скорее в музее, чем на улице, и пары десятков всадников.

Из кареты вылез высокий мужчина с тонкими чертами лица, подкрученными усиками, томным и в то же время пустым взглядом. За ним выбрались две дамы с белыми, накрахмаленными лицами. Всадники спешились и выстроились в подобие коридора, отгораживая от важного мужчины прочих людей на площади. К ним присоединились слуги в ливреях, до этого ожидавшие прибытие хозяина в сторонке.

Я не видел его прежде, но догадался, кто передо мной. Гастон Орлеанский, он же герцог Анжуйский, герцог Шартрский, герцог Аласонский и граф Блуа. Месье. Один из главных заговорщиков.