— С богом, барон! Вы очень необычный человек, клянусь моей сутаной! Мы с вами еще непременно встретимся. Как вернетесь, обратитесь к моему секретарю и попросите об аудиенции. Я хочу поговорить с вами более обстоятельно. И все же, хоть вы и отказываетесь, но вам потребуются подъемные средства на обустройство земель! Загляните-ка перед отъездом с этой запиской к королевскому казначею…
Кардинал достал из специального отделения письменные принадлежности и лист пергамента и что-то быстро написал на нем, после чего вручил листок мне. Затем, не слушая слов благодарности, стукнул два раза по стенке. Дверцу кареты тут же отворили, и мы выбрались на свежий воздух.
— Как вернетесь с вод, не забудьте заглянуть ко мне во дворец! — еще раз напомнил кардинал на прощание и ушел, окруженный гвардейцами.
Это был день Ришелье, момент его триумфа, его великой победы, к которой он шел долгие годы.
И, по случаю, я попал под щедрую раздачу, умудрившись получить все и даже больше из того списка, который был у меня в голове.
Я глянул в листок. Там было начертано красивым и ровным почерком: «Выдать подателю сего двадцать тысяч ливров золотом. По моему приказу, Ришелье».
Молва говорила правду — кардинал был щедрым к своим людям. А я внезапно стал человеком Ришелье, миновав посредника в лице Рошфора — граф будет очень и очень недоволен…
Двадцать тысяч — это много. Не миллион, конечно, и даже не двести тысяч, но, к примеру, годовое жалование капитана мушкетеров составляло около восьмидесяти тысяч ливров. Так что кардинал весьма дорого оценил мое участие в сегодняшнем спектакле, благодаря которому он избавился одним махом от всех своих явных врагов. Этот человек умел быть благодарным.
Уберу-ка я эту расписку в карман до лучших времен, а обналичу позже — надеюсь, Ришелье ее не обнулит, — а то и так золото прятать некуда, а завтра в дорогу.
Барон! Теперь я барон! Почти… Осталось лишь подыскать подходящие земли для покупки — это я поручил мэтру Жоли, а так же заработать на них оставшуюся сумму — а это мы попытаемся решить с помощью германца, — и дело в шляпе!
Пустяки?
Конечно! Всего лишь вопрос времени, а его у меня хоть отбавляй.
Глава 14
Ровно в шесть часов, кутаясь в плащ от утренней свежести, я подошел к воротам Сент-Оноре, тем самым, что разделяли Лувр и Тюильри. Вчера я славно провел здесь время, но сегодня уже ничто не напоминало о тех событиях. Число патрулей на улицах казалось обычным, в городе было спокойно, и стража у ворот особой бдительности не проявляла. Солдаты грелись у костра, так же, как и я, спасаясь от прохлады.