— Ради того, что вы сейчас сказали — жизненно важных интересов своих держав. У нас так и говорят, — «права или не права, но это моя страна».
— Вы правы, адмирал, но моя страна и нам дорога, — негромко отозвался Зиновий Петрович, прекрасно понимавший, что их тайная встреча с Фишером может решить все, или ничего не решить. Но сейчас становилось ясно, что Англия категорически не приемлет, как захвата Босфора и Дарданелл, так и очередного, на этот раз уже окончательного поражения Японии на Дальнем Востоке. Он прекрасно помнил упрямо набычившегося императора Николая Александровича, который категорически отказался решать вопрос о Константинополе и проливах на международной конференции, заявив, что в Париже уже проводилась подобная пятьдесят шесть лет тому назад, и даже в Берлин он послов не отправит. Намек Зиновий Петрович понял правильно — царь после первой победы над Японией стал изменяться характером, сделался резче, привычная мягкость и нерешительность стала пропадать. А после занятия Константинополя окончательно уверовал в свое предназначение, но, тем не менее, идти на открытый конфликт с Британской империей не хотел, или не желал быть его инициатором.
— Но позвольте узнать ваше мнение — почему в России нет, и никогда не будет крокодилов?
Неожиданный вопрос застиг лорда врасплох — адмирал пожал плечами, задумался, и после паузы отрывисто произнес:
— Я бывал в Африке, на Ниле. У вас слишком холодно. На реках зимой лед стоит до самой весны — крокодилы в таком климате не выживают.
— Не только поэтому, крокодилы опасны в воде, но яйца выкладывают на берегу, и их просто пожирали медведи и волки. А без возможности вырастить потомство, они просто исчезли.
Фишер его слова не принял за шутку, хотя улыбнулся, но холодно, соблюдая вежливость. Но вот в голосе послышался интерес:
— И к чему ваша аллегория, адмирал?
— А к тому, что ваша страна сильна на море, но в реку соваться не стоит, особенно в ту, где много медведей. А на берегах Дарданелл их пять дивизий, и высаживаются еще. Понадобится, будет два десятка дивизий, и от турок ничего не останется. Греки и армяне их ненавидят, и прекрасно помнят, как к ним относились их вчерашние повелители. У вас против нас нет армии в прямом смысле, десяток дивизий не в счет. И нет союзников, которые могут выставить достаточно многочисленное и обученное войско. Времена Крымской войны, в которой вы принимали участие, сэр, канули в лету. Теперь в Черное море вы никогда не пройдете, как бы вам не хотелось. Как и на Балтику — мы все прекрасно понимаем, и учитываем исторический опыт. Так что должные выводы сделали…