Дописав депешу, свернул и положил на папку, которую забирал дежурный флаг-офицер, что находился в приемной всю ночь, причем в бдении, как один из денщиков. Да и врачи практически рядом — напротив здание военно-медицинской академии, из старой квартиры он съехал, ему, как морскому министру выделили особняк со всеми «службами». Для одинокого и однорукого вдовца больше чем нужно, к тому же после неудачного покушения (или счастливого, тут как посмотреть) на премьер-министра Столыпина, его охраной озаботился сам царь, и теперь среди черных мундиров и форменок Гвардейского флотского экипажа не протолкнутся…
В период русско-японской войны были приобретены в САСШ «газолинки» — катера на бензиновом двигателе конструкции Льюиса Никсона. Последние выгодно отличались от паровых машин в лучшую сторону — втрое большая мощность на единицу веса, втрое большая дальность плавания при перерасчете веса бензина на кардиф, и вдвое меньшая команда. И при этом катер имел лучшую мореходность, чем миноноски и уверенно держал скорость в двадцать узлов, имея два двигателя по триста лошадиных сил. Новинка не получила развития на флоте — просто тогда ее не оценили, но в период мировой войны многие страны увлеклись строительством торпедных катеров, а итальянцы даже ухитрились потопить с помощью подобной «игрушки» австрийский линкор…
— Эссену на подходе атаковать быстроходные броненосцы неприятеля, надавить им на «голову», «Рюрик» это легко сможет. А восемь 283 мм орудий дадут куда больше попаданий, чем наши пушки. Николай Оттович выбил «Ибуки», а «Цукуба» гораздо слабее.
Пристально смотря в прорезь амбразуры, хрипло произнес Макаров, глядя на линейный крейсер, очень быстро приближающийся к именно к 3-й дивизии, из состава которой вывалился «Ослябя». И повернувшись к Моласу, негромко объяснил свое решение:
— У «японцев» броневой пояс в семь дюймов, германские пушки такие плиты будут пробивать, и диктовать сам дистанцию будет. Если вышибем одну из «цукуб», то и остальных потихоньку додавим. Они могут выдать двадцать узлов, а наши броненосцы на три меньше — как угнаться за таким противником? Японцы ведь сами навязывают нам бой, исходя из превосходства в скорости. Посмотри, что случилось со 2-й дивизией, ведь «сацумы» после завязки боя главных сил подошли…
Макаров осекся, и посмотрел на своего бессменного начальника штаба темными от внутренней боли глазами. Гибель трех броненосцев потрясла старого моряка, и сложно представить то, что он чувствовал в этот момент.
— Так надо, Михаил Павлович, наши старые броненосцы должны сражаться до конца. А потому, господин капитан 1 ранга, — последнее уже было сказано командиру «Цесаревича», — мы немедленно идем к ним, и встанем в голову колонны флагманом. И примем бой с «Сацумой», дать полный ход! Поднять сигнал — «всем продолжать сражение»!