Николай Оттович выругался, ярость отхлынула, появилась расчетливость. И как он не хотел добить неприятеля, одержать очередную победу, но долг приказывал повиноваться приказу. И более того — нахлынула холодная ненависть, и желание мести.
— Если мы не успеем, эти гребаные «сацумы» перетопят всю 3-ю дивизию, против них нужно было «бородинцев» выставлять, они намного устойчивей к повреждениям. Ничего — поднять сигнал выходить из боя. И дать максимальный ход — двадцать пять миль не дистанция, за час пробежим, «Георгий» тоже не отстанет, линкорам Шульца потребуется больше на четверть часа — успеем. Дать максимальный ход, оповестить команды, что идем выручать из беды своих! Вперед, вперед, нельзя терять не минуты…
Эссен закурил папиросу, пальцы дрожали — под ногами ощутимо вибрировала палуба, «Рюрик» набрал полный ход, и как уже доложили 26 с половиной узла… За ним, густо дымя трубами, поспешали линкоры, чуть в стороне «Георгий Победоносец», нисколько не отстававший от флагмана. Казалось, что линейный крейсер сейчас идет на скорости, которую на сдаточных испытаниях вообще не могли набрать. И три «витязя» поторапливались, напоминая адмиралу рычащих псов, из пасти которых хозяин вырвал заслуженную добычу…
Как и «Андрей Первозванный», но построенный в Англии в 1908 году броненосный крейсер «Рюрик» опоздал к одной войне, и оказался совершенно не нужным на другой, уже мировой. Будь корабль 1 августа 1904 года в Цусимском проливе у острова Ульсан вместо героически погибшего там «отца», то бежать пришлось бы Камимуре со своими «асамоидами», ведь бортовой залп русского корабля был вдвое больше, чем у любого оппонента — из четырех 254 мм и 203 мм пушек и десяти 120 мм орудий против 4–203 мм и семи 152 мм стволов. Вот только скорость хода в 21 узел уже тогда являлась недостаточной, а уйти не то что от линейного крейсера, но от многих дредноутов он уже не мог в четырнадцатом году. Впрочем, на Балтике не сильно и побегаешь, да и русские адмиралы уже не желали рисковать…
— Мне ясно только одно, Михаил Павлович — потери неизбежны потому, что мы не подготовились должным образом к этой войне, в то время как наш враг из прошлого поражения сделал должные выводы. Японцы жаждут реванша уже семнадцать лет, с того момента, когда мы их заставили отказаться от завоеваний в Китае. Они построили один флот — мы его «уполовинили», а теперь они против нас выставили другой, более сильный, ради которого разорили собственную страну и влезли в неоплатные долги. Но и мы не имеем права на поражение, а потому любые потери допустимы…