Жить становится куда легче, когда вы ставите перед собой ясную цель.
Если вас страшит будущее, озадачьтесь чем-то конкретным, таким, что вы сможете совершить в ближайшее время. Решив эту задачу, поставьте перед собой следующую, потом ещё и ещё. Вы сами не заметите, как окажетесь в том самом будущем, которое ещё недавно пугало вас до чёртиков.
Заезженная фраза, но этот мир стал тесен для нас с Рхнером, и я решил сам выбрать, кого из двоих следует выпихнуть в мир иной.
Я намеренно раскрылся, и Рхнер ударил меня туда, куда он уже бил, — в бедро. На этот раз клинок прошел насквозь. Боль была адская, словно мое тело пронзили раскалённым стеклом.
На какое-то короткое мгновение я напрочь позабыл, чем руководствовался, пойдя на столь рискованный маневр. Но тело запомнило мои намерения куда лучше, чем разум, рука с мечом действовала сама по себе, и Повелитель Молний ударил Рхнера в его могучую красную шею.
Силы моего удара не хватило, чтобы снести голову с плеч, однако присутствие большого количества металла в районе сонной артерии по-любому несовместимо с жизнью. Рхнер покачнулся и упал на песок, как столетнее дерево под ударами топоров лесорубов. Огненный клинок вождя Красных застрял в моём бедре.
Вытаскивать его наружу было больно, и никто не пришёл мне на помощь. Правда, никто и не мешал, что было хорошо, учитывая, сколько народу собралось вокруг.
Меч оказался для меня слишком тяжелым, к тому же не отличался хорошим балансом, и я зашвырнул его в воду, до которой оставалось всего несколько метров. Потом я закинул свободную руку за спину, стараясь определить причину возникшего там дискомфорта, и нащупал оперение короткого арбалетного болта. Так вот что это были за толчки, подумал я. Почему же я чувствую боль только в бедре?
Поскольку из спины торчало всего несколько сантиметров болта, пальцы скользили в крови, а место оказалось труднодоступным, удалить инородные предметы из своего тела мне не удалось.
Тогда я развернулся лицом к зрителям и увидел добрый десяток направленных на меня арбалетов.
Упс, как говорим в таких случаях мы — короли, чародеи и вообще героические личности.
На лицах воинов Красного континента недоумение соседствовало чуть ли не с благоговейным ужасом. Наверняка они считали убитого мной парня бессмертным, и внезапно их постигло столь жестокое разочарование.
Правильно.
Бойтесь меня, гады.
Скорчив самую страшную гримасу, которую я только мог сделать, я замахнулся на них и сделал шаг вперёд.
У меня шумело в ушах, но это был вовсе не звук прибоя.
Мы брели по песку — я, Гавейн, Доран и Исидро.