Карин закончила точить мечи и взялась за кинжал.

— Ты всё ещё уверена, что хочешь принять участие в бою? — поинтересовался я. — У тебя есть полное право этого не делать.

— Выходит, ты хочешь рисковать своей жизнью в одиночку, красавчик?

— Я — чародей, — сказал я. — Я буду драться на большом удалении от врага, и мой риск не идёт ни в какое сравнение с опасностью, угрожающей коннице или пехоте.

— Ты ещё скажи, что чародеев на войне не убивают.

— Убивают, но значительно реже, чем пехотинцев.

— Я предпочла бы прикрывать твою спину, красавчик, но раз это невозможно, то я буду драться вместе с твоим народом.

— С нашим народом.

— Тогда тем более я должна это сделать. Королева я или нет?

— Как правило, наши королевы не воюют.

— Значит, до сих пор у вас были неправильные королевы, если они сидели дома, пока их мужья рисковали своими головами на поле брани. И закончим эту дискуссию, красавчик. Здесь ты меня не переспоришь.

— Как скажешь, — вздохнул я. Честно говоря, мне было бы куда легче, если бы она осталась в тылу. Не на Зелёных Островах, конечно, ибо я ещё не забыл историю с её похищением, но в Хайгардене, вместе с семьей короля Людовика. Если вы спросите моё мнение, то королевы, ждущие своих мужей дома, нравятся мне куда больше, нежели королевы, убитые на поле брани.

— Меня не убьют, красавчик, — сказала Карин, словно прочитав мои мысли. — Лучшего гладиатора Вольных Городов не так-то просто прикончить.

Четверо эльфов смогли захватить её в плен. Правда, двое заплатили за это своими жизнями, но… Непобедимых людей нет. Рано или поздно проигрывают все.

— У меня плохое предчувствие, — сказал я.

— Выброси его из головы. Это не предчувствие, а обычное волнение.

— Может быть. Не хочешь позавтракать?

— Не имею привычки набивать желудок перед боем, красавчик.

— А кофе выпьешь?

— Разве что чашечку.

Она бросила возиться с кинжалом и присоединилась ко мне. Прежде чем взять чашку кофе, Карин прильнула к биноклю и ещё раз обозрела горизонт.

— Как-то они странно идут, — заметила Карин. — Слишком кучно.

— Значит, в них будет гораздо легче попасть.

— Ты думаешь, они идиоты, красавчик?

— А разве нет? Ведь они же развязали эту войну…

— Красные не могут не понимать, что у нас на берегу установлены требюшеты и катапульты, — сказала Карин. — А значит, им следует держать большую дистанцию между кораблями, чтобы затруднить нам прицеливание.

— Может, они ещё рассредоточатся, — предположил я. — У них есть несколько часов, чтобы поменять построение.

— Может быть.

— Но ты так не думаешь, — заметил я.

— С чего ты взял, красавчик?