— Как знать… Я слышал, эти варвары славятся колдунами…

— Да брось, Лузий, — отмахнулся император, — такое раньше и про твоих предков говорили. У страха глаза велики.

— Тварь перебила отряд Максима, но сам он избежал смерти. Теперь, похоже, она снова пыталась добраться до него, — сказал Марциал.

— С чего ты взял?

Адриан переглянулся с Гаем Целием и ответил вместо него.

— Нападение случилось в расположении Паннонской алы. Большинство убитых и раненых — паннонцы.

— Случайность.

— Как знать. Я допускаю случайности только после тщательной проверки, — покачал головой Марциал.

— Я уверен, Август, — сказал Адриан, — тварь искала Максима. Причём ещё тогда, когда он вёз голову Децебала. Так что, полагаю, Лузий недалёк от истины, связь с царём тут определённо просматривается.

Траян перевёл взгляд на своего врача, которого пригласили по совету Адриана.

— Ты что скажешь, Статилий? Ты ведь уже осмотрел тела?

— Да, Август. Скажу, что я утвердился в своём мнении, которое в прошлый раз поостерёгся высказать. Тогда оно показалось мне слишком невероятным, но сейчас…

— Говори, не томи, — попросил император.

— Я думаю, это ликантроп, — ответил Критон.

— Ликантроп?

Лициний Сура скептически покачал головой:

— Сказки.

Луций Лициний слыл образованнейшим человеком, эрудитом. Марциал (не Весёлый Гай, а другой, куда более говорливый и остроумный) его так и восхвалял в эпиграмме:

«Ты из ученых мужей, славнейший Лициний наш Сура, чей воскрешает язык древних ораторов мощь!»

Сура во всякие бредни о сверхобычном, сказочки про разных там лемуров не верил.

Некоторые из присутствующих предположение Критона поддержали. Лаберий, который до этого молчал, заявил, поглаживая подбородок:

— А ведь даки себя называют волками. Меня всегда интересовало, что стоит за этими словами.

— Обычная высокопарная похвальба, свойственная варварам, — заявил Траян.

— Однако это всё объясняет, — покивал Лузий Квиет, — ликантроп и дровосеков сожрал.

— Вряд ли, — возразил Марциал.

— Действительно, — кивнул Сура, — дровосеков похитили среди бела дня. Кто-нибудь слышал, чтобы ликантропы разгуливали при дневном свете?

Все повернулись к Критону. Врач покачал головой.

— Боюсь, мои знания в этом вопросе ничтожны. Однако думаю, некоторую помощь в установлении истины, хотя и весьма небольшую, я мог бы оказать.

Он вопросительно взглянул на императора.

— Продолжай, Статилий, мы очень внимательно тебя слушаем.

— Много лет назад, когда я был ещё юношей, как всякий человек, избравший путь врачевателя, стремился попасть в Пергам, чтобы учиться в храме Асклепия. Там я познакомился с одним человеком старше меня. Он был поистине одержим жаждой знания, я более ни в ком, ни до, ни после не замечал подобного. Мы сдружились и много времени проводили вместе. Должен признаться, мой приятель был чрезвычайно щедро одарён богами. Он на голову превосходил меня способностями, изучал не только строение тела человека и способы борьбы с разрушающими его хворями. О, его интересы заходили гораздо дальше. Намного дальше…